Гладкое личико

Кажется, Мельпомена – покровительница муз, а Пенелопа – верная жена странствующего Одиссея. Дело не в том, когда они жили и были ли они вообще. Дело в их именах – длинных, странных, диковатых, как мое лицо, не объединенное общей темой, как мое настроение.

– Пенелопа… Мельпомена…

Потом я вздыхаю и думаю попроще."

"«Господи! – думаю я. – Ну нельзя же быть такой хорошей. Надо же быть хоть немножко плохой».

Ресторан считался китайским, но музыка в нем была европейская.

На помосте собрались шесть патлатых музыкантов. Впечатление, что они не работают, а веселятся в собственное удовольствие и сообщают это удовольствие всем вокруг.

– Лови кайф, – сказал Александр.

– Что? – Мне показалось, что он говорит по-испански.

– Слушай, – перевел он, – и старайся получить удовольствие.

Я не умею «стараться получать удовольствие», но на всякий случай согласно киваю головой.

Возле меня локоть Александра и его профиль с аккуратным ушком. Я смотрю на него, как на предмет обожания Софки, и от этого чувства мне нежно и грустно.

– Как тебя зовут?

Он наклоняется ко мне. У него такое выражение, будто я сломала ногу и что-то у него прошу. А он наклонился с величайшим состраданием к моему несчастью, вниманием к просьбе и готовностью тут же ее исполнить. Видимо, ему неловко, что он позвал меня в соучастницы, отсюда этот взгляд.

– Как тебя зовут по-испански?

– Алехандро.

– А сокращенно?

– Сача. В испанском языке нет буквы «ш».

В самом деле, а почему он меня позвал? Я достаточно знакома, чтобы ко мне можно было обратиться за подобным одолжением. И достаточно незнакома, чтобы это стояло между нами в дальнейшем.

– Скажи мне что-нибудь на твоем языке.

Он задумался, что бы такое сказать. Потом заговорил. В его речи действительно не было ни одной буквы «ш». Слова сыпались, отскакивали от зубов. Казалось, что они формируются не в глубине гортани, а где-то между губами и зубами.

Я посмотрела в его лицо и увидела, что его речь похожа на его щеки и глаза.

– Что ты сказал? Переведи.

Подошел официант.

Александр заказал почти все меню сверху донизу. Я поняла – он широкий человек. А в широких людях много умещается. И хорошего, и плохого.

Наконец появились он и она.

Она – высокая блондинка, вьющаяся и улыбчивая, вся в летящем шелке волос. Уголки губ и глаз приподняты кверху и будто бы готовы взлететь.

Он славный, но немножко задрипанный. Из «игоревистов».

Она кивнула мне со счастливым выражением, а потом точно с таким же выражением уставилась на Александра.

– Познакомьтесь. – Она представила своего мужа. Александр представил меня. Все сунули друг другу ладошки и перечислили имена: Лиля, Славик, Александр, Вероника.

– Имя Вероника произносится с ударением на «о», – поправил меня Славик. – От города Верона.