Главная роль 8

Когда наш духовник закончил отпевание, я подошел к гробу и положил ладонь на непривычно холодные, сложенные в последний «замок» руки покойника:

— Прощай, дядька. Спасибо тебе за все и прости, если что не так. Твоих не брошу и не обижу, но ты и сам о том знаешь. Спи спокойно, Михаил Андреевич.

Наклонившись, я поцеловал ленту с иконками на лбу Андреича и отошел, освободив место для прощания семье покойного: вдове, детям, внукам и правнукам. Большая у Андреича семья — здесь ему тоже можно только по-доброму позавидовать.

Тут бы траур объявить хотя бы на денёк, да дня три самим погоревать с поминками по Андреичу, но война, скотина безжалостная, ждать не станет, поэтому, пожав руки вдове и старшему сыну Андреича, я попросил у них прощения и отправился в Военное Министерство.

Уходят от нас старики. Рожденные чуть ли не в Наполеоновские времена, начавшие служить в Николаевские, видевшие своими глазами Крымскую войну с последовавшей за нею сменой статуса «жандарма Европы» на скромное «Великая держава». Видели они своими глазами отмену крепостного права, видели гибель Александра II, «реакцию» моего приемного отца и начало золотых времен, инициированное моими руками. Вот уж воистину — «в России нужно жить долго, тогда до всего доживешь». Удивительные времена выпали на долю поколения Андреича и немалой части моего государственного аппарата. Последний в истории человечества, по-настоящему «старый», венчающий собой эпоху «нового времени» век выпал им.

Эпоха модерна — вот она, уже на пороге, и Первая мировая война ее главный предвестник. Наступают времена окончательного слома старого миропорядка, который покуда еще силен в головах старших поколений. Честь, чувство ранга, радикальное даже не имущественное, а сословное неравенство — обо всех этих замечательных вещах очень любят сокрушаться знакомые старики. Воровать, впрочем, как показала практика, никакая «честь» не мешает. И лениться не мешает. И палки в колеса толковым инициативам вставлять не мешает чисто ради демонстрации личной удали. По крайней мере, так было до моего восшествия на Престол.

Не обольщаюсь — воруют, вредят и вообще неправильно распоряжаются полномочиями и сейчас, но все-таки поменьше. В ВПК так и вообще почти не воруют!

В Военном Министерстве, в отличие от недавнего моего визита, царило приподнятое настроение — прибыла техническая делегация от осман, уполномоченная обсуждать капитуляцию. Это с нашей точки зрения, а с точки зрения турецких союзников — сепаратный мир.

Эпоха изменилась, и там, где раньше войны заканчивались кусочком-другим территорий да контрибуциями, возникла гораздо более страшная для проигравших вещь — демонтаж самой государственности с последующей аннексией территорий.