Глава рода

Глава 12

Следующий день. Утро

Шел снег. Выйдя из мрачного здания полиции, Кони остановился на широкой площадке. Не торопясь спускаться по лестнице, он поправил воротник пальто и посмотрел на дорогие наручные часы: восемь тридцать."

"«В принципе, не так уж и долго. Все злодеи выловлены, до суда просидят в камерах. Дело сделано. Только спать хочется, — подумал юрист, устало глядя на серое небо. Глубоко вздохнув, он развернул плечи. — Отдых потом. Сейчас отвезу Ткачук к Варе, и сразу можно ехать к боярышне Апраксиной: радовать хорошими новостями. Черт, мы же в провинции.

Для визита рано», — аристократ едва заметно поморщился.

— Анатолий Федорович! — нервно окликнула его какая-то женщина.

Повернув голову на звук, он увидел Маргариту Ткачук. Зябко потирая руки, женщина переминалась с ноги на ногу неподалеку от его машины.

«Не узнал по голосу — богатой будет, — промелькнула мысль у Кони. — Дремала же на заднем сиденье. С чего вдруг вскочила?»

С легкостью сбежав по ступеням, он подошел к встревоженной клиентке. Не сводя с юриста блестящего от эмоций взора, та тихо спросила:

— Что с ним будет?

— Вашего мужа ждет каторга.

Прокурор запросит для него как для организатора семь лет. Для его подельников — на четырнадцать месяцев меньше, — спокойно ответил юрист и аккуратно взял резко побледневшую женщину под локоть. — Пойдемте, я отвезу вас в санаторий.

Подведя Маргариту к своему автомобилю, дворянин изысканно вежливо помог ей сесть на переднее пассажирское сиденье, а после устроился за рулем. Выехав с парковки, мужчина поехал к гостевому дому.

— Анатолий Федорович, — спустя долгую паузу тихо позвала его бывшая учительница.

— Слушаю вас, — обронил юрист, не отводя глаз от дороги.

— Мой муж совершил отвратительный поступок. Но там, в коридоре, после допроса, — Рита судорожно сглотнула, — вы же видели, как искренне он просил у меня прощения. На коленях стоял, умолял не губить. Ведь он уже раскаивается и все осознал. Давайте Сережу отпустим?

В салоне повисла тягучая, как патока, тишина. Комкая в руках платок, бывшая учительница неотрывно смотрела на аристократический профиль юриста.

— Он оступился. Со всеми бывает. Не стоит его так жутко наказывать, — с мольбой прошептала Маргарита.

— Сережа пообещал, что больше никогда не причинит мне боли.

Анатолий Федорович подъехал к обочине и остановился. Повернувшись вполоборота к клиентке, сказал ровным тоном:

— Давайте начистоту. Я один из лучших московских юристов. Ваше дело как профессионалу мне неинтересно, а мои услуги вам не по карману. Я взялся за решение вашей проблемы исключительно потому, что Александра Петровна пожелала взять вас на работу.

— Да, конечно. Я понимаю. Спасибо большое и Александре, и вам.