Главная тайна Библии. Смерть и жизнь после смерти в христианстве

Во–первых, в чем состоит конечная христианская надежда? Во–вторых, на что может надеяться нынешний мир, на какие изменения, освобождение, преобразования? Какие новые возможности он может найти? В целом ответ может звучать так: пока «христианская надежда» для нас означает «попасть на небо» и «спастись», по сути, от здешнего мира, эти два вопроса непременно будут нам казаться не связанными между собой. И некоторые люди упорно утверждают, что, задавая второй вопрос, мы пренебрегаем первым, а только он действительно важен. В то же время такая позиция вызывает гнев других людей, когда они слышат о воскресении; им кажется, что это пренебрежение важными и неотложными проблемами современного общества. Но если «христианская надежда» — новое творение, «новое небо и новая земля», которые создаст Бог, к тому же эта надежда уже получила жизнь в Иисусе из Назарета, — тогда у нас есть все основания связать два этих вопроса. И в таком случае Мы поймем, что, отвечая на один из них, мы отвечаем также и на другой. Я видел, что для многих людей — и среди них немало христиан — все это кажется чем–то странным и неожиданным: и то, что подлинная христианская надежда удивительно непохожа на их привычные представления, и то, что она дает основания для вдохновенной работы в нынешнем мире.

В этой главе я хочу создать контекст для обсуждения наших вопросов, рассмотрев то замешательство, которое сегодня царит в представлениях мира — всего большого мира, а не церквей, — относительно жизни после смерти. Затем, во второй главе, я поговорю о церквах, где, по моему мнению, господствует подобная неопределенность, внушающая беспокойство. Это позволит нам выделить главный вопрос и создаст рамки для поиска ответа на него.

Я пришел к убеждению, что многие люди, в том числе большинство практикующих христиан, туманно или неверно представляют данную тему, и это непонимание порождает серьезные ошибки в наших мыслях, молитве, богослужении и в наших поступках, и особенно сильно оно вредит нашей миссии в мире. Примеры, приведенные в начале главы, показывают, что сегодня нехристиане не просто путаются в вопросе жизни после смерти, — но и не знают, что об этом думают сами христиане. Часто они считают, что христиане верят в «жизнь после смерти» в самом широком смысле, но не понимают, как с этим соотносятся более специфические представления о воскресении, суде, втором пришествии. И им уже совсем неясно, как подобные взгляды связаны с острыми, мучительными проблемами современности.

Этот вопрос не сводится к представлениям о том, что происходит с отдельным умершим, или даже к представлениям о собственной посмертной судьбе, как бы ни были важны эти вещи сами по себе.