Глаз тигра. Не буди дьявола

Воздух – душный, горячий, не тревожимый ветром – тяжело опустился к земле. Кожу пощипывало атмосферное электричество.

Когда я вернулся, Чабби возрождал костер: раздувал огонь и подкармливал его хворостинками. Он поднял глаза и подтвердил мой диагноз:

– Погода меняется.

– В какую сторону, Чабби?

– Барометр упал, двадцать восемь и две, – пожал он плечами. – К полудню узнаем. – И продолжил возиться с костром.

Погода действовала и на Шерри. Виски ее покрылись испариной, и она капризно порыкивала на меня, пока я менял ей повязку, но несколькими минутами позже подошла, когда я одевался, и прижалась щекой к моей обнаженной спине.

– Прости, Гарри, просто сегодня так сыро и душно… – Она провела губами по моей спине и коснулась языком толстого рельефного шрама, что остался на память о пулевом ранении. – Простишь?

Тем утром мы с Чабби погрузились в заводь в одиннадцать часов. Провели под водой тридцать восемь минут, не обнаружив ничего существенного, и тут я услышал, как по воде расходится металлическое «дзынь-дзынь-дзынь». Замер, прислушался и заметил, что Чабби тоже застыл на месте. Снова прозвучал тройной «дзынь»: Анджело вооружился трехфутовой железкой, до половины погрузил ее в воду и теперь выстукивал тревожный сигнал молотком из набора инструментов.

Я показал Чабби раскрытую ладонь: «Сматываемся!» – и мы тут же начали подъем к поверхности.

– Что такое, Анджело? – раздраженно спросил я, забираясь в вельбот, и вместо ответа он указал за излом рифового хребта.

Я стащил с лица маску, проморгался и сфокусировал взгляд, привыкший к тесным горизонтам подводного мира.

Низкая и черная на фоне океана, тонкая полоса, словно шаловливый бог провел угольную линию вдоль горизонта.

У меня на глазах она увеличивалась в размерах, ширилась, пожирая голубизну неба, вздымалась из моря и становилась все чернее.

Чабби тихо присвистнул и покачал головой:

– «Леди Синтия» к нам идет, дружище. И, как вижу, сильно торопится.

Со сверхъестественной скоростью темный фронт разрастался, затягивая небо погребальным занавесом. А когда Чабби на полной скорости рванул к лагуне, солнце скрылось за надвигающимися тучами.

Шерри села рядом, помогла мне стащить мокрый неопреновый костюм.

– Что это, Гарри? – спросила она.

– «Леди Синтия», – объяснил я, – циклон, погубивший «Утреннюю зарю». Снова вышла на охоту.

Анджело раздал извлеченные из форпика спасательные жилеты. Надев их, мы сели рядышком и смотрели, как циклон во всем его пугающем великолепии одерживает верх над солнцем, а небо из высокого ясно-голубого купола превращается в приземистый серый навес из стремительных косматых туч.

Мы мчались вперед, опережая грозовой фронт, вырвались из лагуны и устремились по внутренним водам к пещерному убежищу.