Глаз тигра. Не буди дьявола

– Проклятые, грязные свиньи! – крикнул он снова, поднял винтовку и снова выстрелил, впрочем, безрезультатно, и в этот момент «Блюхер» врезался в их суденышко.

Удар сопровождался грохотом и оглушительным треском ломающейся древесины. Борт суденышка был рассечен пополам и разбит вдребезги под вопли гибнущих людей и скрежет обшивки о сталь. Крейсер подмял под себя каботажный кораблик, переломив ему позвоночник, и тот почти сразу погрузился в пучину. После первого же удара Себастьяна отбросило через борт, ружье выпало у него из рук. Потом его вскользь ударило о броневую обшивку крейсера, и он упал в воду совсем рядом с корпусом.

Толчком носовой волны Себастьяна отшвырнуло в сторону, и, если бы не это, его протащило бы вдоль корпуса и винтом разорвало бы в клочки.

Он вырвался на поверхность как раз вовремя, набрал полные легкие воздуха, вихревые потоки подхватили его и снова затащили глубоко под воду, так что от давления у него чуть не лопнули в ушах барабанные перепонки. Потоки бросали и вертели его кувырком, швыряли и били, немилосердно стараясь разорвать на куски.

За сомкнутыми веками в глазах уже пошли мелькать и вспыхивать разноцветные круги.

Нехватка воздуха вызвала в груди страшную боль, легким требовалось срочно вздохнуть, но он плотно сжал губы и усиленно работал ногами и руками, пытаясь выбраться наверх. За кормой крейсера мощно бурлила кильватерная струя, но и она наконец отпустила, оставила Себастьяна в покое. Его выбросило на поверхность с такой силой, что он, жадно глотая воздух, выскочил из воды по самый пояс и снова погрузился в воду. Из последних сил Себастьян отстегнул тяжелый патронташ, отправил его тонуть и только тогда огляделся вокруг.

Водная поверхность была усеяна плавающими обломками, между которыми качалось несколько человеческих голов. Неподалеку в облаке пузырьков всплыл кусок оторванной обшивки. Себастьян бросился к нему и вцепился, болтая ногами в чистой, зеленоватой воде.

– Флинн! – крикнул он. – Флинн, где ты?

А в четверти мили крейсер «Блюхер» уже делал медленный разворот, широкий и зловещий, как это обычно делают акулы перед новой атакой, и охваченный ненавистью и страхом Себастьян пристально наблюдал за этим маневром.

– Господин! – вдруг услышал он позади голос Мохаммеда.

Себастьян быстро повернулся и в сотне ярдов увидел обращенные к нему два лица, черное и красное, а рядом плавал мешок с пробкой.

– Флинн!

– Будем прощаться, Бэсси, – отозвался Флинн. – Этот фриц возвращается и скоро всех нас прикончит. Смотри! Там уже установили пулеметы. Увидимся на том свете, мой мальчик."

"Себастьян быстро оглянулся на немецкий корабль и на капитанском мостике увидел группу людей в белоснежной форме.

* * *– Ja, да там кое-кто еще барахтается, – сказал Флейшер.