Глаз тигра. Не буди дьявола

Через три минуты начнет вставать солнце, и потом можно ожидать, что подует утренний ветерок.

– Мачтовой докладывает, туман рассеивается, капитан.

Фон Кляйн встряхнулся и всмотрелся в завесу тумана. Теперь она двигалась, волновалась, клубилась, как бы в смятении ожидая смертельных для нее теплых солнечных лучей.

– Малый вперед! – отдал приказ капитан.

– Мачтовой, – ожила одна из торчащих перед Кайлером переговорных труб. – Прямо по курсу земля. Дистанция – десять тысяч метров. Большой крутой и скалистый мыс.

Должно быть, это скалистый обрыв к северу от Дурбана, массивная, напоминающая спину кита гора, прикрывающая залив.

Но в тумане фон Кляйн не разобрался и допустил ошибку: от береговой линии он оказался в два раза дальше, чем рассчитывал.

– На всех парах полный вперед! – скомандовал капитан. – Курс ноль-ноль-шесть. – Он подождал, пока эта команда поступит рулевому, и прошел к переговорным трубам. – Орудия к бою!

– Орудия к бою, – подтвердил команду далекий голос.

– Бризантными[44], огонь примерно через десять минут. Цель – скопление торговых судов, отметка – приблизительно триста градусов.

Дистанция – пять тысяч метров. Огонь открывать при обнаружении цели.

– Отметка триста градусов. Дистанция – пять тысяч метров, – продублировала приказ труба.

Фон Кляйн захлопнул крышку переговорной трубы, вернулся на прежнее место, заложив руки за спину и глядя вперед.

Орудийные башни внизу тяжело развернулись, стволы слегка поднялись, с невозмутимой угрозой нацелившись в туманное марево.

Ослепительный солнечный луч ударил в капитанский мостик с такой решительностью, что Кайлер прикрыл глаза рукой, но, как только «Блюхер» накрыла очередная волна холодного, влажного тумана, луч мгновенно исчез.

И вдруг – словно поднялся занавес и они оказались на залитой ярким светом сцене – их радостно встретило летнее утро.

Позади от горизонта до горизонта клубилась мокрая стена тумана. А впереди поднимались зеленые холмы Африки, обрамленные белыми песками пляжей и белым прибоем, и сверкали белыми пятнышками дома города Дурбана. Между крейсером и городом на зеркально-зеленой глади воды, словно сгорбившись, лежали четыре громоздкие фигуры, похожие на греющихся на солнышке гиппопотамов.

Это были британские торговые суда.

– Всего только четыре, – разочарованно пробормотал фон Кляйн. – Я надеялся, будет больше.

Сорокафутовые стволы орудий калибра девять дюймов, словно принюхиваясь к своим жертвам, беспокойно шевельнулись, и «Блюхер» рванулся вперед, поднимая носом шипящую, белопенную волну, дрожа и сотрясаясь от работающих на полную мощность двигателей.

– Мачтовой, – взволнованно проскрипела переговорная труба рядом с Кайлером.