Благие намерения

Он повеселел, предвкушая долгий уютный вечер за беседой с другом, и достал из изрядно опустевшего ящика стола чистый бланк протокола допроса.

* * *Рассказывая, Ворон прыгал вокруг Камня и эмоционально размахивал крыльями. Он изрядно подустал и, закончив повествование, уселся Камню на макушку и приготовился отдыхать. Но оказалось, что расслабился он рано: у Камня тут же возникли вопросы, на которые следовало незамедлительно ответить.

– А как выглядит Тамара? Все такая же некрасивая?

Вопрос был, вообще-то, праздным, ибо у Ворона были собственные критерии красоты, и все, кто этим критериям не соответствовал, считался заведомо некрасивым. Правда, он старался по возможности быть объективным.

– Ну-у, – протянул он, подыскивая слова, – она, конечно, стала получше, чем была в детстве, но в основном осталась такой же. Маленькая, худенькая, глазки близко поставлены, носик длинный, такая Буратинка.

– Буратинка? – переспросил Камень."

"– Ну Буратино же, – раздраженно отозвался Ворон, который страшно не любил, когда его перебивают, – помнишь, я тебе сказку рассказывал про папу Карло и Карабаса-Барабаса, там еще мальчик был деревянный, из полена выструганный.

– Ах, ну да, ну да, вспомнил. Так что Тамара?

– Она при всей своей некрасивости очень хорошо выглядит. Знаешь, люди это называют «стильно». У нее очень интересно волосы уложены, вот тут длинненько так, – Ворон показал крылом на правый глаз, потом сообразил, что сидит у Камня на макушке и тот все равно ничего не видит, спрыгнул вниз и показал еще раз, – а вот тут прядки, прядки, – снова взмах крылом куда-то в области левой стороны головы, – и все разными цветами выкрашены, то чуть посветлее, то чуть потемнее, короче, в полосочку. Очень симпатично, издалека как будто выгорели и ветром растрепались, а вблизи посмотришь и понимаешь, что это целое произведение искусства. И одевается она интересно, не так, как все. Какие-то балахончики, накидочки, шали, платки, в общем, она свою фигуру так задрапирует, что снаружи и не видно, какая она худющая и страшная. Платок вокруг головы обмотает, концы с кистями вдоль груди болтаются, из-под платка волосы в полосочку развеваются, на шее крупные украшения из самоцветов – красота невозможная, так за этой красотой никто лица-то и не видит. В общем, мастерица она по этому делу. Ну и, конечно, походка у нее просто замечательная, легкая, летящая. Со стороны посмотришь – первая красавица идет, никто и не вглядывается в лицо. Про таких, как Тамара, говорят: женщина с изюминкой. На мой вкус, конечно, она уродина, не то что Люба, но выглядит она на все сто, это я тебе как специалист говорю.