《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

– Об отроке моём ненаглядном!

Иоанн едва приподнял бровь, но не боле.

- И что же? – молвил царь, продолжая водить глазами по сероватым строкам.

- Уж сей весною ему семнадцать исполнилось. – ответил Алексей. – Не буду ходить вокруг да около – женить его надобно.

Раздался треск, отчего вздрогнули и писец, подле трона царского, да и сам Басманов уж никак не ждал того. То было деревянное перо – Иоанн сжал кулак с такой силой, что вовсе разломил его. При том чернила вылились ему на руку, просочились сквозь пальцы с перстнями.

Холоп тотчас же подорвался со своего места, да схватив чистую ветошь хотел было вытереть длань царскую, но Иоанн не дал того.

Оглядев своё одеяние, владыка шикнул сквозь зубы, да поднял взгляд на Алексея, который и вовсе не знал, куда податься.

- Об чём ты, говоришь? – молвил царь. – Ах да, женить Фёдора.

На тех словах царь отдал писцу обратно грамоту – благо, чернила не замарали послания. Иоанн опустил руки на подлокотники трона, и кольца ударились со звоном друг о друга. Царь глубоко вздохнул, мерно постукивая пальцами.

- А Федя сам хочет-то жениться? – спросил царь.

- Да нам ли, светлый государь, не знать, чего хотят в его-то летах! – усмехнулся Алексей. – Надобно, что бы всё по-людски было, по закону. То и надобно, женить его.

Короткая усмешка мелькнула в уголке губ Иоанна. Боле ничем не выдал владыка чувств своих.

- И на ком же женить намерился отрока своего ненаглядного? – спросил царь, подпирая голову рукой.

- Уж тут дело за малым. – усмехнулся Алексей, махнув рукою.

Иоанн кивнул, усмехнувшись в ответ.

- Ты, главное, супротив воли Фединой не сватай его.

- Его, поди, просватай! – Алексей всплеснул руками. – Уж на носу гулянья. Пущай сам подыщет себе кого.

Иоанн кивнул.

- Пущай. – молвил царь.

…

Копыта лошадей подымали в воздух горячую пыль. Двое всадников сошли с протоптанной дороги, да помчались средь поросшие бурьяны."

"То были Генрих и Фёдор. Нынче был им отдых от службы. Юноши, по обыкновению своему, отправились из Москвы за несколько вёрст. Опричники не снимали собачьих голов с сёдел, но оба не стали носить чёрной одежды, что присуща братии на службе.

День обещал быть знойным, то было ясно уже по утру. Оттого всадники и вели лошадей своих к реке.

Промчавшись мимо берега, вдалеке опричники приметили людей. То были крестьяне, что возводили столб на пустыре. Напротив них в реке виднелась небольшая мель, что и вовсе казалась островом.

Генрих было несколько осадил свою лошадь. Фёдор, заметив, как отстал его друг, также сбавил ход.

- Эй, Тео, это ещё на кой чёрт? – спросил немец, указывая на людей вдалеке.

Фёдор прикрыл лицо от солнца, да принялся вглядываться вдаль.