《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Он сглотнул, уж нынче сложив всё, отчего нынче взор Ивана отмечен хладным знаком смерти.

- Скорблю с тобою о твоей утрате, - тяжело произнёс Владимир.

Иван мотнул головой.

- Не надо об этом, прошу, - молвил Бельский.

Старецкий согласно кивнул, невольно крепче сжимая поводья.

Они тронулись, пустившись в гущу леса. Тёмные ветви заговорщицки шептались над ними. Трудно было различить дорогу, размытую, поехавшую с топкими канавами.

Но мало-помалу, путь становился лучше, покуда князья с соратниками восходили по дороге. Тёмные ели редели, и, наконец, показалась опушка.

Глаза Владимира невольно разбегались.

- Не многовато ли народу для охоты? – вопрошал Старецкий.

- Прибудут и боле, ежели на то будет ваша воля, княже, - с коротким поклоном ответил Бельский.

Владимир оторопел от сих слов, от сей резкой перемены.

- Моей воли? – переспросил Старецкий, хоть ясно разумел смыслу.

- Ты можешь спасти нашу землю, законом и правом, - произнёс Бельский.

- Законом и правом… - вздохнул Владимир, чувствуя, как слабнет рассудок евонный.

Старецкий перевёл взгляд на ратных людей, прибывших к охоте. Среди них были все видные князья из земщины.

С Москвы прибыл Челядин с Даниловым, и многие новгородские князья. Бельский безмолвно взирал на пришлых бравых людей, и за каждым из сих князей были войска в ихних володениях.

- Как нынче вижу, - молвил Владимир, принимая от Фёдора чашу холодной сладкой воды, - не могу верить очам своим.

Сглотнув ком в горле, Старецкий сделал несколько глотков, окончив свой рассказ. Всё то время Иоанн внимал рассказу брата. Царь не сводил взгляда с Владимира, и юный Басманов было ужаснулся.

На мгновение Фёдору показалось, будто бы государь во сне не смыкает очей, и взгляд его и впрямь, лишился всякой тени рассудка али мысли.

- Остави мя, - глухо произнёс Иоанн, подперев голову рукой."

"Владимир коротко кивнул и исполнил волю брата.

- Царе?... – с тревогой молвил Фёдор, опустив руку на плечо владыки.

Юноша видел, как дрожь пробирает тело Иоанна.

- Созвать, - хрипло повелел царь.

…

- Они не сунутся биться, - молвил Малюта, и спор сей подолгу не стихал, - На кой чёрт им своими-то рисковать, ради чего? А ежели мы отступимся от латинов – так не воротим сей рубеж.

- Верно всё Гриша говорит, - кивнул Морозов, - Видать-то, земские дружбою заручились, и не чей-то, а от латинов. Разобьём здешнего супостата – и земские разбегутся.

- Лихо махнул! – усмехнулся Алексей, - Она – поди-ка и разбей их ещё!

- Коли нынче не струсим – прорвёмся, - пожал плечами Малюта, - Нынче надобно добивать латинов, не иначе.

Иоанн глубоко вздохнул, силясь внимать голосу ратных своих людей, но воздух дрожал, точно пламенем объятый.