《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Как видишь, - с каким-то уродливым сочувствием вздохнул Булатов с неровною бородою, - не до тебя великому царю и князю всея Руси. И не до брата твоего.

От этих слов Иван точно взвёлся. Взгляд его в тот же миг преисполнился гнева.

- Не смей и говорить о том, чего не ведаешь. – сквозь зубы проговорил Кашин.

- Да легче, княже, легче! – опричник взмахнул руками своими, точно унимая жестом тем пыл Ивана. – Тут во время службы нам было видение, будто бы оклеветали братца-то твоего. И мы, грешники, искупить вину свою, ибо поступилися мы совестью своей на службе нашей нелёгкой.

Гнев на лице князя Кашина сменилось замешательством.

- О чём же ты? – произнёс Иван.

- Так будто сам не смыслишь? – усмехнулся Булатов, да опричники подхватили смех тот.

- Нет в сердце моём жажды да стремления к тяжбе меж бояр за власть да любовь царскую. – Иван мотнул головой. – Жажду лишь суда праведного над братом моим.

- Что ж, жди суда праведного от Басмановых али Вяземского. – пожал плечами Булатов. – Ныне царь им вверяет боле власти, нежели кому-либо.

- Умолкни, Иван. Ты в шаге от заговорщества. – отрезал Кашин и боязливо оглянулся через плечо.

- А Басмановы, того гляди, и преступили ту черту. – просто ответил опричник, да и кашлянул, заглушив окончание слов своих.

Иван свёл брови пуще прежнего, но ныне эти речи пробудили в нём странное влечение, с коим совладать не мог он ни разумом, ни сердцем. Заметив ту перемену, продолжил опричник.

- Ежели сердце твоё жаждет праведного суда, отчего же не жаждешь ты его для каждого из нас? Отчего же не жаждешь ты праведного суда над самими Басмановыми, хотя бы? – спросил опричник.

Уже не преграждал пути он Кашину к лошади его, да Иван и не шёл к ней. Медленным шагом расхаживал он по скрипучему снегу, не сводя взгляда с князя.

- Али есть за ними что, за что судить их? – спросил Иван, и тотчас же обернулся через плечо.

- Так тем и служим государю, что сыскиваем воров да прегнуснейших предателей великого царя и отечества нашего. – с усмешкою ответил мужчина, переглядываясь с иными опричниками.

Те вторили улыбками да переглядывались меж собою.

- Отчего же сами не доложите государю, что подобралися к нему лукавые? – спросил Кашин."

"- Так, княже, иной раз благое дело со стороны сочтётся великим злодейством. – чуть ли не печалью вздохнул Булатов, почёсывая бороду. – Ведь что сочтёт великий государь, коли изложу ему я доводы свои? Не иначе, жажду власти лишь да положения Басмана этого проклятого. Не станет он и слушать, да велит за ревностную зависть заковать в железо, али вздёрнет, а то и похужее что. То ли дело, благородный князь Кашин обличит злодея! Не имеешь же ты никакой выгоды с того!

- Складно излагаешь, - вздохнул князь, - да уж второй день жду, кабы обратиться к государю о судьбе брата моего, да всё без толку.