Голодное сердце

Однако подруга все-таки смогла взять себя в руки и посадила мужчину на третью табуретку. А я задумалась над тем, что, кроме аромата «красного», я не чувствовала запаха других мужчин, и решила потом обсудить это с девочками.

Включив музыку, которую записали на Гетерексе, мы начали танцевать: каждая по-своему, как чувствовала мелодию и свое тело в ней."

"Мы скользили вокруг партнеров, плавно покачивая бедрами, повторяя руками изгибы своего тела, отходили от них и снова возвращались, заглядывая в глаза и слегка касаясь пальцами их лиц и рук. Темп нарастал и становился все резче и настойчивей – каждая из нас, вернувшись к партнеру, начала приватный танец. Через несколько мгновений я поняла, что у меня от запаха моего мужчины кружится голова и подкашиваются ноги. Продолжая двигаться, я все чаще терлась об него в попытке сохранить его запах на себе, удивляясь, насколько нежная и шелковистая у него кожа, словно мех.

Очнулась я, когда покусывала его уши. Я почти мурлыкала, поглаживая его руки и грудь. Ужаснувшись тому, что делаю, резко отскочила от мужчины и заметила, что музыка уже закончилась. Вера стояла рядом со своим хвостатым и трясла головой, пытаясь, как и я, прийти в себя, а Света сидела на коленях возле блондина и с ужасом смотрела ему в глаза. Увидев, что мы смотрим на нее, вскочила и спряталась за нас. Так мы и застыли, глядя на мужчин как кролики на удавов, не в силах шевельнуться.

Чем они на нас воздействовали?

Тем временем «коты» встали и подошли к нам, потом, обернувшись, «красный» начал что-то говорить остальным. И голос его звучал так, будто он только что стометровку за пару секунд пробежал. Да уж, судя по их гульфикам, наш танец им очень понравился, оставив неизгладимое впечатление.

В тот момент, когда «красный» закончил говорить, вперед выскочил крупный и очень здоровый мужик. Оскалившись, он зарычал и внезапно напал на «красного». Когда нападавший ощерился, я поняла, почему «коты» не улыбаются – от вида его по-акульи острых и крупных зубов у меня заныли все, даже самые мелкие, косточки.

Мужчины Светы и Веры оттеснили нас от поля битвы и молча ждали развязки. А мы потрясенно смотрели, как дерутся «коты», используя когти, клыки и хвост. Ни горячего, ни холодного оружия. Все свое ношу с собой – вот их девиз.

Смотреть было жутко, потому что разлетающейся по всей каюте крови обычного красного цвета было очень много, причем кровь эта была исключительно нападающего. Да и длился бой недолго, скорее являясь показательным расстрелом перед строем новобранцев. «Красный» даже не запыхался, а нападавший уже лежал, захлебываясь кровью, бьющей из разодранной острыми когтями глотки. Веру нещадно рвало, Света сидела, закрыв глаза и уши руками, а я просто отключилась, упав кому-то на руки.