Голубая звезда

Крис не повернулась и ничего не ответила, только улыбнулась, подумав о том раздражении, которое слышалось в голосе этой женщины. Приятно было выбить из нее спесь. А то «чтобы дождик не капал на твою прелестную головку» да «еды подай». Крис не могла взять в толк, что это за нахальная американка, и почему Ганс вообще нанял ее. Крис растянулась на диване. С каждой секундой усталость окутывала ее все сильнее. Она нашарила в кармане плаща мобильный и набрала Гансу Гофману.

Он сразу поднял трубку, она сказала ему по-голландски.

— Где ты ее нашел, и почему я должна оплачивать ей ужин?

— Энджи? — ласково ответил он. — Милая, правда?

— Милая? — сквозь зубы повторила Крис. — Ты имеешь в виду, наглая и самонадеянная? Она, кажется, ждет, что ее величеству я кланяться стану.

Ганс рассмеялся.

— Ага. В этом вся она. Дай ей шанс, Крис. Думаю, она тебе понравится. Знаешь, она, правда, милая.

Крис застыла.

— И где ты ее нашел?

Он рассказал, как встретил ее, и на каких условиях договорился о работе.

— То есть, мне предоставить ей комнату, кормить, и быть у нее на побегушках, так получается? — Крис позволила себе выразить недовольство создавшимся положением, но дядя продолжил так, словно и не слышал этих слов.

— Да, и с ремонтом могла бы помочь, — предложил он. — Если все будут работать вместе, дело пойдет куда быстрее.

Крис замолчала. Ее взгляд застыл на часах дедушки, стоявших в другом конце комнаты. Она прислушалась к тиканью секундной стрелки, провожающей в прошлое мгновение за мгновением.

— Ты меня слушаешь? — спросил, наконец, Ганс.

— У меня была такая жизнь, дядя… Знаешь… Ну, как отец мог допустить все это? Как я могла оказаться в таком положении?

— Интуитивная прозорливость, — произнес он. — Так это Энджи назвала.

Гостевая спальня, которую Крис для нее выбрала, располагалась на втором этаже в конце коридора, максимально далеко от комнаты Крис. Спальня была хорошо обставлена, окна выходили на часть стены особняка и сад, но в комнате несколько месяцев не убирали. Повсюду был слой пыли, воздух был спертым. Аллегро открыла окна и устроилась на кровати, чтобы изучить те страницы дневника, которые сфотографировала."

"Содержание записей позволяло узнать, каким сложным человеком был отец Крис. А еще там были кое-какие сведения о том, как он получил бриллиант. В дневнике говорилось о том, что Ян ван дер Ягт узнал немецкого лейтенанта Герта Вульфа, встретив его на улице. Прямо перед этим на одном из обсуждений задания ему показали портрет Вульфа, одного из офицеров Гестапо, на которых велась охота. О Вульфе было известно, что он скрывается в Берлине. Ван дер Ягт жаждал славы, достававшейся тем, кто выслеживал нацистских преступников, зверствовавших в военное время, и приводил их к ответу.