Гордая птичка Воробышек

Мой, для меня и ни для кого больше!

– Черт! Птичка, давай развернемся! Не выдержу ведь!

– Выдержишь! – показываю я на приближающийся впереди дорожный указатель с надписью «Гордеевск» и уверенно замечаю: – Ты у меня сильный.

Он улыбается мне немного грустно. Криво приподнимает уголок рта, углубляя темную ямочку на щеке, шепчет, притянув к себе и целуя в висок:

– Да, я у тебя сильный, птичка, не сомневайся. Сильный во всем, что не касается тебя.

* * *– О! Это еще кто тут у нас такой важный нарисовался?

Бабуля распахивает дверь квартиры и прижимает руку с дымящейся поварешкой к кухонному фартуку.

– Привет, бабуль! – я отрываюсь от Ильи и целую бабушку в щеку. – Как же я рада тебя видеть, – говорю, ни капли не кривя душой, пропуская Люкова через порог. – А это мы! Твоя любимая внучка и…

– Ваш будущий любимый зять.

Я закусываю губу и прыскаю от смеха. От важного тона, выбранного Ильей, пока бабуля приходит в себя, вместо платка обмахиваясь у лица поварешкой и неловко принимая из его рук цветы.

– Так уж и любимый, – охает она, но тут же находится с ответом: – Ну, это мы еще посмотрим!

Она долго сверлит его взглядом, пока мы раздеваемся. Затем семенит за нами в комнату, теребя фартук, и наконец говорит, без стеснения подойдя к парню и заглянув в глаза:

– И где такого красавца отхватила, а, внучка? Хоро-ош! Небось от девок-то отбоя нет?

– Нет, – соглашается Люков.

– Ты мне это! Это вот… Смотри мне! – волнуется бабуля, вмиг суровея во взгляде и поднимая к лицу поварешку. – Наша Женя не потерпит! – смело наступает вперед, и я грозно подтверждаю, обнимая ее за плечи:

– Не потерплю!

Но стоит Люкову улыбнуться, как тут же все преграды к сердцу дорогого мне человека обрушиваются в пыль.

– Я знаю.

– Нет, ну как хорош, а! – меняется в лице бабушка, забыв, как строго выглядела всего мгновение назад. – Весь в нашего Санечку! Помнится, он тоже мне сразу понравился, – хороший был парень! Только простой, как рубаха, совсем без головы. Куда кому-то боязно, ему все нипочем, вот и поплатился. Но как мою Валюшу любил, как любил… Антонина Макаровна я, а ты у нас кто таков будешь?

– А я у вас, Антонина Макаровна, вскорости буду Жениным мужем. Так что прошу любить и жаловать – Илья Люков.

– Илюша, значит, – качает головой бабуля. – Хорошее имя. Жаловать-то мы тебя будем, Илюша, а вот любить… это как заслужишь! Да вы проходите, дети, не стесняйтесь. После разберемся, кто каков! А сейчас, может, поужинаете с дороги? У меня уж и готово все, – суетится хозяйкой, пока я прислушиваюсь к тишине квартиры.

– Ба! А где мама, мальчики? – спрашиваю я, осматриваясь вокруг. – Мы тут с Ильей торт привезли, думали все вместе чаю попить, познакомиться…

– Где? – поджимает губы бабушка, сминая в руках фартук. – Так уехали все, внучка.