Горечь твоей любви (СИ)
Саша по прихоти судьбы вместо брата близнеца попадает в закрытую школу для мальчиков, где свои правила и порядки и, конечно, своя Иерархия. Как ему выжить в таких условиях?
Может, геи все такие чувствительные, а может, я просто никогда не любил?
Я взял Эва за руку и хотел сказать, что он чересчур громко себя ведет, но не успел.
Чет, явно не понимающий, что происходит с его милым другом и почему тот так злится, сразу отреагировал на мое движение. Подорвался со стула, схватил Эва за плечи и прокричал:
– Если ты мне всю эту чушь несешь из-за него, – он пальцем ткнул в мою сторону, – то можешь успокоиться, он натурал, и ты его не интересуешь! А вот если я от тебя откажусь, что ты будешь делать? Ты знаешь, какая участь ждет таких как ты: они либо подстилки у «золотых», как ты сейчас, либо просто шлюхи, которых передают из рук в руки.
После таких слов он медленно развернулся, поправил пиджак, стряхнув с него невидимые пылинки, и вышел из столовой. Все, кто был в помещении, проводили его взглядом. Этот диалог был слышен всем. Когда Чет начал говорить, в столовой образовалась гробовая тишина, которая висела до сих пор тяжелым слоем над нашими головами.
"Эв молча сел за стол и уставился на свой поднос. Я последовал его примеру. Минут через пять нормализовалась атмосфера, и я решил, что наконец-то смогу поесть. «Но не тут-то было», - как сказала бы моя мама.
– Саш, ты теперь со мной общаться не будешь, да? Я тебе буду противен. Я понимаю, по этой причине у меня и нет близких друзей, и в одной комнате со мной никто жить не хочет. Я ведь подстилка, шлюха, которую имеет «золотой» и когда не хочет - выкидывает. Тут такие правила. Парни с моей ориентацией здесь могут выжить только так: найти себе в покровители кого-то среди «золотых», ведь им позволено все.
Он еще ниже опустил голову и собрался еще что-то сказать, но не успел. Наш столик окружили несколько парней и, ехидно улыбаясь, уставились на Эва.
– Что, Браун, твой любовничек, похоже, тебя отшил, и ты теперь совсем один, и защищать тебя некому. Так что готовь зад, мы придем в гости.
Эв вскочил с места, но его насильно посадили на стул обратно. Все, кто находился в столовой, поспешили тихо выйти и сделать вид, что ничего не заметили. Я не раздумывая встал, подошел к парню, руки которого лежали на плечах Эва и молча их скинул с моего нового друга. А слово «друг» для меня много значило, я его в обиду не дам никому.

















