Горячие. Опасные. Сводные

Вроде бы же и я сказала, что хочу так, как эта девчонка.

– Что тебе понятно, – его взгляд вдруг меняется. – Становись на колени и соси, сучка.

Вот тебе и раз.

– Да пошел ты на хрен, козлина! – годы жизни с двумя братьями накладывают отпечаток на любую, даже самую нежную девочку.

Пытаюсь вырвать руку, но он схватил меня цепко, не вырвешься.

– Ты охуела? – рявкает он, дергая меня так сильно, что я не удерживаюсь и плюхаюсь с небольших каблуков на плиточный пол, больно ударяясь коленями. – Или ты что думаешь, я бесплатно тебя поить буду?

Вдруг ближайшая дверь открывается, и из комнаты со смешками выходят… о нет. Только не это! Лучше бы меня изнасиловал этот смазливый придурок, чем видеть, как они бросают на нас сначала беглые взгляды, которые тут же цепляются за мое лицо. Глаза Марата и Кира округляются, словно они увидели привидение, а в следующую секунду Вадима отбрасывает от меня в другую сторону коридора.

– П-привет? – почему-то вопросительно произношу я, видя, как Марат своими огромными кулачищами крошит лицо моему бывшему возлюбленному.

– Ты че здесь делаешь, а? – Кир обхватывает мои плечи и рывком вздергивает меня над полом.

– А че ты орешь на меня? – сразу включаюсь в нашу вечную перепалку. – Поставь меня быстро!

– Я не понял, малая, ты какого хрена сейчас тут собиралась делать? – огромный, шкафообразный Кирилл буравит меня злым взглядом.

– А не ваше дело, что я тут собиралась делать! – взвиваюсь я, дергаюсь, пытаясь вырваться. – Пусти, я сказала!

– Ты че, типа, выросла уже? – он злится даже больше, чем я могла представить, встряхивает меня так, что голова откидывается назад.

– Представь себе, выросла! – Марат подходит к нам, дышит тяжело, и такой же злой, как и Кир. – Даже если я бы у него прямо тут отсасывала, это не ваше дело! Достали своим воспитанием! Вы мне не братья!

Они быстро переглядываются и вталкивают в ту же комнату, из которой только что вышли.

– Пошла вон, – бросает Марат полуголой девчонке, и она, к моему удивлению, слушается, быстро подбирает шмотки и выскакивает за дверь.

– Пусти меня, Кир! – дергаюсь я.

– Ну раз ты выросла, – тянет Марат в своей излюбленной манере.

– И раз мы тебе не братья, – вторит ему Кирилл. – То и нам нечего держаться, да?"

"Он отпускает меня и толкает на круглую смятую кровать. Фу, они тут кувыркались с этой девкой? Оба? Почему-то от этой мысли не тянет проблеваться, а отвратительно тяжелеют половые губки. Так, все, надо это прекращать, а то я уже и на них как на мужиков смотрю. Вообще, если честно, всегда смотрела. Высокие, накачанные, красивые… Конечно, лет с четырнадцати на них слюни пускала.

– Так, ребят, хватит, – выставляю руки вперед. – Напугали меня, окей. Можете маме рассказать, что здесь меня нашли.