Гормон счастья и прочие глупости

— Заснешь?

— А если нет, ты будешь меня убаюкивать, колыбельную петь? Вень, а правда, что Вовик «голубой»?

— Ты не знала?

— Нет, он мне так нравился…

— Бедная Буська, сколько разочарований…

— Да ну тебя, дурачина!

— Но не простофиля! Но Полине всыпь по первое число! Что за дела!

— Больше всех пострадала она сама. Она в Жене души не чаяла.

— Ну и дура!

Утром я проснулась довольно поздно. Как ни парадоксально, спала я прекрасно. Море за окном было уже синее, и видны были легкие волны. К тому же я зверски проголодалась. Вчерашний день, такой длинный, насыщенный, отодвинулся очень далеко. Женю я вспомнила без злости, скорее с какой-то сторонней иронией. Как будто он не со мной объяснялся, а с кем-то другим, а я со стороны на это взирала. Наверное, все к лучшему, в этом, безусловно, лучшем из миров.

За завтраком я встретила Барышеву. Остальные то ли еще спали, то ли уже поели.

— Броня, что вчера был за скандал? Андрей молчит как партизан. Вы с Вениамином смылись потихоньку…

— Ой, Татьяна Ильинична, ничего интересного. Скандал на почве ревности.

— Кто к кому приревновал-то?

— Один дурак к моей новой ипостаси…

— Не хочешь говорить?

— Я стараюсь забыть.

— Правильно, между прочим. Извини за вопрос. Не знаешь, нам сегодня далеко ехать?

— Нет. Сегодня мы тут играем, в Тель-Авиве, и завтра тоже. А потом едем на Мертвое море.

— Ох, хорошо, два дня никуда не ехать… Приятно, черт побери. А ты знаешь. — она вдруг как-то таинственно понизила голос, — похоже, Андрей на тебя глаз положил.

По спине побежали мурашки.

— Да ну, с чего вы взяли?

— У меня глаз знаешь какой наметанный. Он мне нравится, хороший парень, талантливый. Только крученый очень… Для жизни негодный, а пороманиться с ним можно… Одни глаза чего стоят…

— Он мне не нравится.

— Да ты что! Почему?

— Слишком мрачный и вечно небритый. Не люблю. Да и не до романов мне сейчас… Татьяна Ильинична, можно вас спросить?

— Спрашивай."

"— Мне один человек сказал, что я ничего не умею… Я и вправду не умею, я сама понимаю, но это сильно бросается в глаза?

— Ты о чем?

— Ну.., я играть не умею…

Она улыбнулась:

— Разумеется, не умеешь. Откуда бы? Но смотришься мило, обаятельно, а поешь просто здорово. А потом, Юра так много умеет, что тебе необязательно. Одно скажу, если тебя это волнует, — обедню нам ты не портишь.

— Спасибо.

— А ты дальше-то что думаешь делать?

— После гастролей?

— Ну да.

— Становиться актрисой не собираюсь. Поздно уже.

— А петь?

— Тоже поздно.

— Ну петь-то, положим, не поздно. Хотя сейчас, чтобы пробиться…

— Нет, не хочу я никуда пробиваться, да и не умею. И потом, у меня дочке двенадцать лет, возраст такой трудный, надо ею заниматься, а не артистической карьерой.