Город драконов. Книга третья

– Скажите, Анабель, – произнес старший следователь, едва миссис МакАверт ушла, – что бы подумали вы, если бы ваш безумно, безмерно и бесконечно любимый жених покидал свое поместье и вас в нем каждый вечер, едва близился закат, и возвращался лишь поутру?

– Что у него много дел? – предположила я.

– Анабель, Анабель, – с укоризненной усмешкой протянул Давернетти, – вы никогда не любили. Любовь, моя драгоценная мисс Ваерти, – это эдакий зверь. Он живет внутри, где-то между сердцем и душой, и спит, преспокойно спит, иногда кажется, что он будет спать вечно. Но в какой-то момент один взгляд синих глаз, один-единственный гневно-возмущенный взгляд синих глаз, и этот зверь просыпается, сотрясая голодным ревом, оглушая жаждой обладать, практически изводя ревностью, убивая каждым мгновением, в котором нет… этих глаз.

На это я справедливо заметила:

– У лорда Арнела глаза черные, у леди Элизабет Энсан-Карио – нежно-голубые. Мне непонятно, к чему сейчас был этот пассаж про глаза?!

Взглянув на меня, Давернетти усмехнулся и произнес:

– К ревности, Анабель, исключительно к обоснованию ревности, возникшей у леди Элизабет Энсан. Девушка заподозрила, что ночи Адриан проводит у любовницы. И выдвинула свое условие – ночь после помолвки.

Я уже слышала это от леди Арнел, и вот слышу повторно, но понять… понять сложно.

– Зачем? – спросила, надеясь на внятный ответ."

"Лорд Давернетти отсалютовал мне стаканом с остатками имбирно-мятного напитка и похвалил:

– Хороший вопрос, Анабель, очень хороший вопрос.

Он помолчал еще секунду, сделал глоток, вздохнул и, глядя вновь лишь на подол моего платья, тихо произнес:

– Видите ли, мисс Ваерти, ее желание и ее условие мы приняли безоговорочно, потому что чисто с мужской точки зрения желание обладать вполне объяснимо. Обладать любимой женщиной, прикасаться к ее коже, остаться с возлюбленной там, где сплетению тел не помешают ни условности, ни одежда, ни…

– Мы говорим об Элизабет Карио-Энсан? – гневно спросила я, пресекая намек, очень отчетливо ощущающийся в словах старшего следователя.

Лорд Давернетти поднял взгляд на уровень моего лица и, глядя мне в глаза, тихо подтвердил:

– Да, Анабель, мы говорим об Элизабет Карио-Энсан. О девушке, которая желала возлюбленного настолько, что гарантировала – если произойдет интимная близость после помолвки, она покинет Вестернадан на оговоренный срок, то есть на год.

При фразе «интимная близость» я невольно взглянула на миссис Макстон. О, невероятно, но я настолько привыкла к тому, что эта чудесная женщина постоянно находится на страже моей невинности, что сейчас, оказавшись без своего верного постового, почувствовала себя более чем неуютно.