Город драконов. Книга третья

Подобное не могло остаться проигнорированным моей доблестной домоправительницей:

– Генерал ОрКолин, ваше фривольное обращение вовсе не на пользу честному имени мисс Ваерти! – Миссис Макстон наконец получила возможность высказаться, а поводов и негодования у нее накопилось изрядно.

Оборотень, лениво оглянувшись на мою почтенную экономку, язвительно произнес:

– Миссис Макстон, вам не в экономки, вам бы наставницей в пансион благородных девиц. Самое место вам там, серьезно говорю.

– Генерал! – возмутилась уже я.

– Прости, малышка, – ничуть не виновато отозвался оборотень. И вновь, посмотрев на лошадь, в мрачной задумчивости произнес: – Возбужденная.

Миссис Макстон возмущенно выдохнула, миссис МакАверт отличалась большей выдержкой и меньшим стремлением оградить мою нравственность от пагубного влияния окружающих, а потому позволила себе осведомиться:

– В каком смысле, генерал ОрКолин?

Он хотел было ответить, но, глянув на миссис Макстон, мотнул головой и сказал:

– Анабель, объясни.

Объяснять особо было нечего.

Но я уныло пояснила:

– У оборотней лошади приучены конкретно к каждому из гвардейцев. Не просто приучены – магически закреплены. Потому что оборотни для лошадей остаются хищниками, соответственно, без магического влияния ни одно животное не повезет на себе, условно говоря, волка. А сейчас мы с вами имеем неудовольствие наблюдать, что магическая связь генерала ОрКолина с его лошадью была нарушена, и объективно – лошадь видит перед собой хозяина, субъективно – ощущает зверя. Отсюда и нервное возбуждение.

Выпалив все это, поймала на себе немного насмешливый взгляд генерала, и он объяснил свою насмешку:

– Как на экзамене оттараторила.

Повернулся к лошади, вздохнул и неожиданно громко добавил:

– А вообще все по делу. Только вот я не понял, с чего это кобылка моя взбеленилась и почему именно сейчас?!

И тут мы все услышали голос, который я лично слышать бы не очень хотела.

– Именно сейчас «что»? – вопросил входящий на конюшню лорд Давернетти."

"ОрКолин, судя по взгляду исподлобья, полицейскому рад также не был, но право исполнительной власти уважал, а потому ответил:

– Именно сейчас, когда император с Арнелом и императрицей поехали на прогулку по горам.

В следующий миг все, что мы увидели, – это лорда Давернетти, стремительно уносящегося на своем черном жеребце в сторону принадлежащего поместью Арнелов леса, и довольно широкую, но очень-очень многозначительную усмешку генерала.

И нет ничего удивительного, что в итоге мы все в некотором вопросительном возмущении посмотрели на ОрКолина, а тот молча извлек из-за пазухи маленького волчонка, весело подмигнул ему и сказал, отпуская:

– Беги, малыш, потрудился на славу.