Господство Короля
На войне нет ничего справедливого. Джонатан Кинг целиком и полностью соответствует своей фамилии. Могущественный. Неприкасаемый. Испорченный. Он также муж моей покойной сестры и намного старше меня. Когда я впервые встретила его, будучи еще несмышленым ребенком, я подумала, что он бог. Теперь я должна противостоять этому богу, чтобы защитить свой бизнес от его безжалостной хватки. Я не подозревала, что объявление войны королю будет стоить мне всего. Когда Джонатан жаждет чего-то, он не только одерживает победу, но и завоевывает. Теперь он нацелился на меня. Он хочет поглотить не только мое тело, но и мое сердце и душу. Я сражаюсь, но от короля в его королевстве не убежать...
Это Стефан Уэйн.
Мои мышцы напрягаются, рука дрожит, и капли холодного кофе проливаются на диван.
Воздух входит и выходит из моих легких, но я как будто не дышу. Или, скорее, не могу.
Неужели я всегда буду так реагировать, когда заходит речь о присутствии отца?
Прошло одиннадцать лет, черт возьми. Одиннадцать долбаных лет, так почему же мне всегда кажется, что это случилось только вчера?
Почему я чувствую себя запертой в этом лесу, кручу педали по грунтовой тропинке, но не нахожу выхода?
— Я же просила вас больше не связываться со мной, — я собираюсь завершить звонок.
— Мисс, пожалуйста. Есть важная информация, о которой, я думаю, вы должны знать.
Мои костяшки пальцев сжимаются вокруг телефона.
— Что?
— Вы уверены, что не сможете участвовать в слушаниях по условно-досрочному освобождению? Это произойдет через несколько недель.
— Нет. Если вам больше нечего сказать...
— Очень хорошо. Я понимаю ваш выбор, мисс Харпер. Я хотел бы передать сообщение от моего клиента. Мистер Гриффин говорит, что если вы не поможете ему на этот раз, то все повторится, как в ловушках и на охоте. На этом все. Хорошего дня.
Мой телефон вылетает из руки и падает на ковер у моих ног.
Это будет похоже на ловушки и охоту.
Давным-давно, когда мы с папой ходили на охоту, он ставил ловушки для мелких животных. Я спросила его, зачем он это делает, ведь им долгое время приходится испытывать такую боль.
Тогда папа заставил меня посмотреть, как он снимает шкуру с живого кролика, и сказал, что именно это и есть та самая боль.
После этого я никогда не спрашивала папу о том, что он делает.
После этого я как бы знала в глубине своего мозга, что мой отец ненормальный.
Его послание ясно. Если я не подчинюсь его воле, он сделает что-нибудь похуже, чтобы я перестала его расспрашивать.
Не то чтобы он мог что-то сделать из тюрьмы.
Верно?
***
В тот вечер я возвращаюсь домой поздно.
Вообще-то не специально, так как у нас была встреча с руководителем завода по поводу сроков производства новейшего запуска.
Если у нас все получится, возможно, я смогу выкупить Джонатана. Или, по крайней мере, большую часть его акций. Сомневаюсь, что он согласится, учитывая, что H&H всего лишь капля в море по сравнению с другими его компаниями. Однако я не откажусь от этого варианта.
Он звонил мне дважды, но я сразу отправляла его к общему сообщению:
— Позвоните мне позже. У меня встреча.
Когда я возвращаюсь домой, в доме тихо. Я пересекаюсь с Марго, она просто кивает и продолжает свой путь.
— Марго, — зову я ее вслед.
Она останавливается и поворачивается ко мне, выражение ее лица пустое.
— Могу я вам помочь, мисс?
— Джонатан в столовой?
— Он удалился в свой кабинет. Ужин был подан час назад, — она делает паузу. — Я могу принести ужин в вашу комнату, если хотите.
— Я уже поела.

















