Госпожа Болотной Равнины 2

- Ключи? А ключей нет! – домовой расплылся в улыбке и стал похож на лохматую лягушку – когда я спёр эти замечательные вещи у твоего дружка, который почём зря пельмени мои лопает, так мне и в голову не пришло, что их как-то нужно будет потом открыть.

Желание огреть чем-то тяжёлым этого домомучителя вовсю боролось во мне с желанием просто выставить его за порог. Донатий, чувствуя мои мысли, быстро метнулся в свою каморку и вернулся оттуда с неким предметом. Судя по всему, лежащему Виталику он был знаком, поскольку он замычал и задёргался ещё интенсивнее.

- Во, глянь, чо у меня есть! Ножовочка! – ей чо хошь распилить можно. Советую отпилить руку и вся недолга. А то глянь, татей нынче развелось!

Я не стала обращать внимание на советы своего домового, и попробовала отпилить цепь наручников. Толку – ноль! Я бросила это занятие и протянула руку к мобильному телефону:

- Дима, добрый вечер! Давно не виделись. Ты не мог бы приехать ко мне?

Уже через полчаса тот самый Дима стоял перед дверями моей квартиры с букетом цветов и коробкой конфет. Когда я открыла дверь и запустила его внутрь, улыбка его заметна увяла. А когда он увидел наших пленников, то потребовал внятного объяснения.

- Я… вот, прихожу домой, а там они… лежат – не особо внятно объяснила я.

Дима внимательно на меня посмотрел, хмыкнул каким-то своим мыслям, и ловко отпёр наручники, которыми была прикована рука незадачливого Виталика. Узник с ненавистью уставился на меня, поморщился и с трудом вытащил импровизированный кляп изо рта.

- Ведьма она – хрипло каркнул он – точно говорю вам! У неё домовой живёт, она с ним переговаривается! Я сам это слышал, когда она зашла в квартиру и увидела меня, она с ним разговаривала, да я и сам это видел. Мелкая лохматая пакость. Он- то меня и приковал сюда. Слава богу, что вы пришли. Анька, стерва, и не думала меня освобождать, глумилась только.

Виталик безумным взглядом смотрел по сторонам, дёргал привязанной ногой и чрезвычайно походил на пациента из Клиники Душевных Болезней. Однако, я уже достаточно долго прожила в этом мире, для того, чтобы предположить, будто вот так запросто, обвинить меня в ведьмовстве не удастся. Потому как, кто же ему поверит? Хотя один точно нашёлся: господин полицейский очень внимательно слушал красочный рассказ Виталика о том, как его маменька приходила к Аньке, ко мне то есть, «права качать», как её спустили с лестницы…

Тогда-то и увидела на мне уважаемая Элеонора Витальевна украшения, которые были расценены ею, как золотые ювелирные изделия с драгоценными камнями. И принадлежали они мне. То есть налицо была некая социальная несправедливость. Так что они, предварительно выяснив, в какое время меня точно не будет дома, воспользовались ключами Виталика и просто зашли в квартиру.