Госпожа проводница эфира

Наслаждался вкусом и запахом. И выдыхал аромат специй и закатывал глаза.

Настоящий аттракцион.

— Божественно! — проглотив и облизнувшись, издал он еще один долгий стон и заглянул в тарелку.

Увы, там уже было пусто.

— Воды? — с улыбкой спросила я.

— Воды, — вздохнул он.

Напоила, что уж теперь, раз подрядилась сиделкой на время кормления.

— Спасибо. Я сыт и почти счастлив, — расплылся Рауль в улыбочке и подмигнул.

— Почти?

— Сейчас ты подаришь мне поцелуй, и я окончательно впаду в восторженное состояние.

— Маленький короткий поцелуйчик! — напомнила я.

— Ну иди же скорей ко мне, мое солнышко, — вытянул он губы трубочкой и зачмокал.

Я не выдержала и расхохоталась. Даже ругаться на него не получается.

Ну, это... Коротким и маленьким поцелуй не вышел. Я не виновата! Оно само как-то... Увлеклись мы, скажем так.

А потом я все же сбежала в столовую. Где, посмеиваясь, съела свой завтрак в компании Феликса. Филиур посидел со мной немного. Рассказал последние новости — что он помогал восстанавливать физическую форму Этьену. И ушел спать.

Когда я позднее снова заглянула в лазарет, пациент спал. А Ориэль шепотом мне пояснил, что специально погружает того в сон. Лечебный. И что завтра нужно будет вставать на ноги и пытаться ходить по палате. Пора.

И новый день, и снова визит к духу перемен. Эфир пока молчал, никуда мчаться не требовалось. Поэтому я сосредоточила внимание на нашем единственном постояльце.

— Утра доброго всем неспящим, — поприветствовала я всю честную компанию, войдя в лазарет.

— Ты ж моя радость! — обрадовался мне пациент Ориэля.

Сидел этот самый пациент в постели уже вполне уверенно. Светил голым торсом с редкой порослью светлых волос на груди.

— А вот кубики надо восстанавливать, — задумчиво обронила я невпопад.

— Какие кубики? — изумленно моргнул блондинчик.

— Игральные кубики? А зачем они нам? — удивленно спросил маленький цейлин.

И лишь флегматичный филиур промолчал, только прищурил желтые глазищи.

— На животе, — пояснила я.

Подошла и совершенно нагло и бесцеремонно прикоснулась указательным пальцем к верхним двум остаткам былой роскоши. Кубики-таки были, когда-то давно. Этьен вздрогнул и поежился, но быстро опомнился. Моментально завладел моей ладошкой и прижал ее к своему пузу. Ну ладно, ладно, пузо — это когда жирненькое и выпирающее, а тут плоский живот, но ослабевший от долгого пассивного состояния.

— Надо качать пресс, — заявила я ему.

— Надо, — согласился Этьен, заглянув мне снизу вверх в глаза. — Ты ведь мне поможешь восстановить форму?

— Я могу позаниматься с тобой йогой.

—Собака мордой вниз? — расплылся он в лукавой улыбке.

— И это тоже.

— А давай еще кошечку? У тебя такая аппетитная попка, когда ты...