Госпожа проводница эфира

— Только нужно привести себя в порядок и переодеться.

— Поддерживаю! Я быстро! — поддержал ее цейлин.

— Встречаемся внизу через полчаса! — резюмировала я.

И мы разбрелись по своим комнатам. Все, кроме призрака. Ему не требовались банные процедуры, так как его шкура всегда сама очищалась при переходе из одной формы в другую. Так что волк не пошел в сосновый лес, а проводил меня до зеркальной двери в мои покои. И там улегся, мордой к холлу и открытой двери в небо.

Я помахала рукой Феликсу, смена которого по идее уже закончилась. Ведь даже в пустыне наступило утро, да и в этом странном облачном мире тоже.

Душ я постаралась принять максимально быстро. Даже не стала сушить волосы, оставив их мокрыми. Попрошу кого-нибудь сделать это. Они все волшебники в той или иной степени, умеют.

Рауль меня ждал. И как только я вышла, тут же пристроился рядом и потрусил к нашему портье. Нужно рассказать филиуру новости. Ведь ему тоже интересно.

— Феликс, у нас многочисленное пополнение! — еще издали громко сообщила я.

— Рад я мать за летучую, — поморгав невыносимо длинными ресницами, курлыкнул филиур. — Сколько кутят?

— Четырнадцать... э-э-э... змеят. Они длинненькие, слепенькие и лысенькие. Феликс, а когда у пернатых перья отрастают?

— Разные сроки. Я филиур. Птицы не такие. Шиветта другая, — подумав, выдал этот «капитан Очевидность».

— Ну хоть примерно?

— Птицы пятнадцать через дней начинают примерно. Филиуры иные.

— Рауль, готовимся. Ближайшую пару недель шиветтята будут лысые и мерзлявые, — усмехнулась я, положив руку на голову волка. — Ладно, все собираемся здесь чуть позднее. Феликс, Ориэль и Леслия тоже скоро придут. Они отправились приводить себя в порядок и переодеваться.

Позднее мы все долго сидели сначала в столовой. Потом перебрались в гостиную. Но почему-то опять оказались в холле у камина. Почувствовав мое настроение и неосознанное желание, отель развел камин. И хотя дров не было, а огонь горел магический, пахло настоящим костром и березовым поленом. На меня даже ностальгия накатила.

Дверь на улицу так и оставалась открытой, и там расстилалось безбрежное пространство облаков и небес.

Посидев с нами, Феликс не пошел спать, а улетел на моцион. Он не принимал участия в помощи роженице, не был уставшим. Поэтому мы его отпустили, а сами остались у огня.

Волк дремал, положив морду на лапы. Леслия периодически уходила в себя и глубоко задумывалась. Ориэль был просто счастлив от хорошо сделанной работы, ведь его долг и призвание — лечить. А я... Я просто руководила всем этим местом.

Уже ночью на меня снова накатило. Я, кажется, начала постепенно привыкать к таким прямым подключениям. Они мне по-прежнему не нравились, но уже не вызывали такого панического ужаса, как в первый раз.