Граф и его графиня

Приходилось подчиняться.

Корабли со всей возможной скоростью шли к столице.

***

Похороны - всегда тоскливы и утомительны. Даже если хоронят посторонних. А уж если тех, кого ты знала и к чьей смерти (будем честны) приложила руку...

Ивельены.

Лоран, герцог Ивельен, Питер, маркиз Ивельен, Амалия, маркиза Ивельен, Сессилия, джес и младшая девочка. Ее имя постоянно вылетало у Лилиан из головы. А смотреть было больно, больно, БОЛЬНО!!!

Если бы не она...

Да, как ни тяжко это признавать - их кровь на твоих руках. Ты просто играла в Шерлока Холмса, девочка. И забыла, что здесь умирают по-настоящему.

Лица Лорана, Амалии и Питера были искажены болью. Лица детей спокойны. И Лиля надеялась, что их хотя бы не мучили.

И все же...

Все ароматы Аравии не отмоют их кровь с моих рук... *

* Леди Макбет, Шекспир, но поскольку Лиля помнит его откровенно плохо... прим. авт.

- Ваше сиятельство...

Кисть Лилиан сжала теплая сильная рука.

Ганц. Алисия чуть покосилась, но тут же встала так, чтобы закрывать разговаривающих. Умница... и кто ее гадюкой назвал, какой... гад?!

Лиля улыбнулась другу.

- Ганц, как я рада вас видеть! Хоть кто-то рядом...

Ганц смотрел тоскливо. Хор пел. Знать, присутствовавшая на похоронах, перешептывалась. Потом Ивельенов уложат в саркофаги и отправят в родовой склеп. В Ивельен. Но отпевание - здесь. Чтобы все видели, чтобы не возникло сомнений в их смерти.

- Роман и Джейкоб у вас?

- Да...

Лиля вздохнула. Что делать с детьми - она и рядом не представляла. Но как оказалось - с этим было просто. Кормилица плюс нянька - и радуйся. Правда, Лиля на этом не остановилась и добавила всем 'медикам' практику на новорожденных. Кормить, купать, пеленать - а почему нет? А в остальном...

Что делать с этими двумя червячками - она решительно не представляла. Пищат, чего-то требуют... а чего?

Родительских чувств у нее стихийно не образорвалось. И прижимать младенцев к сердцу с воплем 'кавайная няша!!!' тоже не тянуло.

Забота?

Будет им забота. И учителя. И развитие. Только любви не требуйте.

- я себя чувствую виноватой, - тихо, почти на ухо Ганцу призналась Лиля."

"Взгляд светло-карих, почти ореховых глаз мужчины был спокоен.

- я тоже. Но это начали не мы.

- Нет.

- не вы заставляли Ивельенов предавать, интриговать, участвовать в заговорах. Вы просто в это попали. И были вынуждены выплывать, как из водоворота. Я же... это моя работа - бороться с такими. Почему я должен чувствовать себя виноватым?

- потому что мы - живы. А они - нет. Потому что пострадали дети...

Пение закончилось. Ганц чуть стиснул кисть графини в дружеском пожатии, потом отпустил.

- поговорим вечером.

Лиля кивнула - и отправилась провожать Ивельенов в последний путь.

Из близких на похоронах были она и Алисия. Джерисон отсутствовал, король прийти не мог, вот и пришлось.