Граф

Каким-то одним сплошным безумием. Он только диву давался от того, как все лихо закрутилось из, казалось бы, заурядного события.

Началось все с того, что Андрей совершил нападение на отряд людоловов и отбил большой полон. Среди которого оказались маленькие мальчики. Зачем они? Вот он и поспрашивал взятых в плен людоловов. А они взяли и рассказали, что в Крыму есть рассадник зла, в котором из этих мальчуганов делают послушные сексуальные игрушки для уважаемых мужчин.

Скверная вещь.

И Андрей отреагировал на нее очень бурно. И посадил на кол всех пленных и всех убитых. Причем даже композицию из них какую-то изобразил. Да посадил хитро. Кол не затачивал остро, чтобы не слишком быстро рвал внутренности. И подножку каждому колу обеспечил, дабы осужденные умирали как можно дольше и мучительнее. А злые языки даже болтали, будто он колы и вовсе не затачивал, выстругивая у них подобие головки фаллоса. Но это, конечно, же чушь. Отец Дионисий не верил в то, что в полевых условиях кто-то так будет заморачиваться.

Обидная оплеуха.

Большие финансовые потери.

И заинтересованные люди постарались оперативно отреагировать, да перехватить Андрея со своими людьми. Но не вышло. Парень около месяца водил их за нос, а потом заманил в ловушку и перебил. В результате один из наиболее значимых родов Крыма потерял больше сотни преданных воинов.

Еще более обидная оплеуха.

Отнял, как говорится, кошелек, так потом еще и избил.

И на этом бы все и закончилось. Но нет. Обиженный хан, имевший финансовые интересы в этом грязном бизнесе, решил пожаловаться султану. И накормить его сказками о том, что в Туле завелся могущественный колдун. Заодно и свой провал 1552 года списать на него. Он же честный мусульманин, но куда ему против сил Преисподней?

Султан послушал своего хана. Тем более, что какие-то дурные слухи принесли и несколько священников, вернувшихся из Москвы. Там явно что-то творилось странное. Сам по себе этот «клоп», конечно же, султана не интересовал. Ну навонял и навонял. В конце концов это дело хана, а не его. Но вот история, которая творилась в Москве, его заинтересовала изрядно. И он попытался воспользоваться удобным моментом, чтобы дестабилизировать обстановку в этой, ставшей слишком неприятно активной, христианской державе. Ведь Иоанн Васильевич взял Казанское ханство, которое Сулейман считал своим вассальным владением, и отбил ханство в низовьях Волги, также его вассала. То есть, Москва не только имела наглость воевать с Великой Портой, пусть и опосредованно, но и она умудрялась побеждать.

На самом деле султану от Казани и Хаджи-Тархана было ни горячо, ни холодно. Достаточно было того, что они надежно блокировали персидскую торговлю по Волге. В основном.