Граф ищет жену
Дни прелестного безделья и легкой жизни для светского повесы Харрисона Торнуика подошли к концу: трагическая смерть старшего брата сделала его графом. Теперь он обязан не только управлять фамильным имением, но и жениться. Что еще хуже, бедняга даже не смог выбрать себе жену: невесту ему подобрал сам принц Уэльский.Положим, Анджелина Рул – действительно первая красавица Лондона – могла бы осчастливить любого мужчину. Но вот беда: она хочет стать графиней еще меньше, чем Харрисон – оказаться у алтаря. Столь яростное сопротивление неожиданно пробуждает в женихе азарт – неужели он, известный ловелас, не сможет покорить сердце собственной невесты?! Охота начинается!..
Из горла Харрисона вырвался тихий тоскливый стон, но он, сделав над собой усилие, тотчас же заглушил его. О боже!.. Прелестница Мадди с волосами цвета воронова крыла и мягкими карими глазами… тоже мертва. А также ее чудесные малышки-близнецы…
Отвернувшись от собеседника, Харрисон ударил кулаком в стенку экипажа и тут же вцепился в дверную ручку, чтобы удержаться на ногах, – колени его подогнулись. О боже! За несколько прошедших лет он потерял не только родителей, но и всех остальных своих родственников. Как же так?!
– Принц требует, чтобы вы немедленно прибыли в Лондон, где он поговорит с вами о крайне важном деле. Мой экипаж стоит вон там. Я подвезу вас, – продолжил мистер Хопскотч с таким видом, словно понятия не имел, что сейчас происходило в душе Харрисона.
Новоиспеченный граф молчал, и посланник добавил:
– Принц не желает рисковать. Он не хочет потерять и вас, понимаете?
Харрисон распахнул дверцу своего экипажа и, оглянувшись на Хопскотча, произнес:
– В любом случае я намерен похоронить брата и его семью.
Глава 2
Не буди спящего волка.
У. Шекспир. Генрих IV, акт I, сцена 2Весна 1818 года
Харрисон сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул. Когда же кучер фургона оглянулся на него, крикнул:
– Вот сюда! – И показал на навес, под которым хранились бревна, предназначавшиеся для перестройки Торнуика.
Полуденное солнце пригревало его затылок, а Харрисон, стоя на газоне, обозревал зеленые холмы, видневшиеся вдалеке. И повсюду, на сколько хватало глаз, перед ним расстилались земли Торнуиков – его земли."
"И все же временами ему не верилось, что все ушли, что теперь он граф, единственный оставшийся в живых мужчина в роду. В детстве Харрисон мечтал о том, что когда-нибудь Торнуик будет принадлежать ему, но то были глупые мечты: он вовсе не хотел потерять всех родных.
Деревья, кусты и трава вокруг – все это уже зазеленело. Тяжко вздохнув, Харрисон оглянулся на выгоревшие развалины того, что когда-то было огромным трехэтажным особняком, где он вырос. Безупречно ухоженные сады и газон, границы которого были очерчены линией высоких тисов, не затронул разрушающий огонь. Каретный сарай и две большие конюшни тоже не пострадали.
Увы, пока он веселился и жил в свое удовольствие, лихорадка забрала всех его родных, а пожар уничтожил дом, находившийся во владении его семьи свыше ста лет. Но потерян был не только дом. Вазы, фарфор, мебель – все это можно было заменить, как и сотни книг в библиотеке. Но что могло возместить потерю портретов всех Торнуиков, висевших в галерее, а также утрату бесценных томов фамильной истории? Все это было навеки утрачено.
Брат писал ему с просьбой приехать, но Харрисон, как обычно, проигнорировал его просьбу. И вот… Пока он пил, играл и дрался на дуэлях, семья погибла, а дом сгорел.

















