Граф Суворов. Том 10

Выполняем вынужденную посадку. — ответил Таран. — Двигатели самый малый ход, шасси выпустить. Сядем мягко?

— Сядем, куда денемся? — ответил первый пилот. — Иду на снижение.

Приземлились мы совершенно без приключений, если не считать присланной с кораблей наблюдения фотографии. Смотрелось и в самом деле не лучшим образом. Столбы черного дыма поднимались на несколько километров, собираясь в тучу, которая на фоне белоснежной дали выглядела очень зловеще.

— Начинаем разводить бурную деятельность. — послышался у меня в наушнике довольный голос Максима.

— Рабочие бригады с первой по двенадцатую, внешний осмотр двигателей. Двенадцатая-пятнадцатая проверка проводящих магистралей. Остальные — текущий осмотр своих участков. Доложить о повреждениях.

— Говорит крейсер Гривна, первый, что у вас произошло? Нужна помощь? — вышел на связь по общему каналу Рублев.

— Пока неизвестно, возможно диверсия. — ответил Таран. — Ангары заблокированы, корабли выпустить не можем. Продолжайте патрулирование.

— Принято первый, занимаем позицию. — ответил Александр, и его легкий крейсер пошел вверх.

Операция шла своим чередом. Посты докладывали о повреждениях, время от времени «случайно» выходя на общий канал. Так, чтобы если за нами наблюдают, точно знали, что с кораблем не все в порядке.

Несколько часов техники оценивали ущерб, причиненный терактом, затем обосновывали ремонт, спорили и наконец пришли к выводу что судно может двигаться дальше. Надо ли говорить, что случилось это уже ближе к вечеру, когда солнце начало клонится к закату? И если на Гривне и Кронштадте команды могли поменяться на посту без снижения боевой эффективности, то на небольших суденышках сделать это было некому.

Мы пообещали людям отдых, но вместо него объявили о готовности.

— Говорит первый. Мы можем продолжать движение, держитесь рядом. — сказал я. — Начать взлет."

"— Принято первый. — на фоне уставшего голоса капитана Стерегущего я отчетливо слышал мат. Корветы и катера — суда ближнего радиуса, по всем нормам сейчас они должны были отдыхать или смениться, но наши решения вынудили их работать на износ. В таком режиме, да еще и в закатном свете, внимательность неминуемо снижается.

— Кронштадт, учитывая поломку, мы задержимся в Екатеринограде. — выйдя на общий канал сказал я. — Разворачивайтесь и возвращайтесь в Сургут, мы вызовем вас после окончания ремонта.

— Принято, первый. — ответил Михаил. Пока дозорные висели в небесах, мы, укрывшись за дымовой завесой, перегруппировались. Теперь оставалось только надеяться, что атакуют именно лишившийся защиты город, а не охраняемый почти всем флотом авианосец.