Дочь опальной герцогини (СИ)

– Спасибо, что проводили, – вяло и совсем не искренне улыбнулась им, в душе же продолжала дрожать.

Успокоилась, только когда над головой закрылась крышка люка. Повиснув на верёвочной лестнице, прижалась лбом к деревянной перекладине.

– Больше никогда не буду так делать.

И тут же прикусила язык ""никогда"" – запретное для меня слово.

Через секунду, полностью придя в себя, спустилась на земляной пол. Лампа манила теплом, присев рядом, протянула к огоньку озябшие руки. И только тут поняла, что кровь перестала течь.

Проведя подушечками пальцев по округлой отметине с мелкими дырочками, поморщилась от боли.

""Благодарность"" феи? Если она такая, то каково тем, кто загадал желание или чем-то разозлил магическое существо?

Устало вздохнув, встала.

Подошла к двери и приготовилась сражаться с ней не на жизнь, насмерть. Набрала в грудь побольше воздуха и потянула ручку на себя. Та с лёгким скрипом поддалась.

Я даже рот приоткрыла от удивления и отпустила ручку.

– Что это? Галлюцинации?

Взявшись за ручку ещё раз теперь уже не напрягаясь, распахнула створку ранее бывшей невероятно тяжёлой.

– Чудеса, да и только, – покачав головой, вернулась за светильником.

Путь в комнату занял прилично времени. Я делала частые остановки, перед глазами плыло, голова раскалывалась, и я чувствовала, как полыхает щека.

Добравшись до зева, толкнула стенку шкафа-артефакта, который тоже легко и просто отъехал в сторону. На краю затуманенного болью сознания вяло трепыхнулось удивление.

Ноги уже едва поднимались, но я упрямо дотащила себя до заветной кровати и, не раздеваясь, рухнула на мягкую постель.

Мир кружился так, будто я на корабле, а на море страшный шторм. Подташнивало, казалось, что у меня по венам бежит не кровь, а алая тягучая лава.

Бесконечно долго, целую вечность, неведомые силы разрывали моё нутро на сотни, тысячи мелких Одри, а затем соединяли всё воедино, и это тоже причиняло немыслимые страдания. Я не могла кричать, лишь слёзы текли по лицу.

Перед плотно закрытыми глазами раскалёнными росчерками возникали непонятные символы. Что они значили, я понимала только через пару ударов сердца, которое было готово в любой момент разорваться от нагрузки. Сотни знаков. Множество значений у одного и того же. Я ощущала – ещё немного и растворюсь среди всего этого безумия…

Не знаю как, но в итоге я просто вырубилась, не выдержав напряжения.

Моё сознание погрузилось в благословенную пустоту.

Обессиленная, истощённая, я жаждала только одного – больше никогда не просыпаться, чтобы снова так не мучиться.

Тук-тук-тук.

Пауза.

И ещё раз громче: тук-тук-тук.

С трудом разлепив веки, едва различая сквозь хмарь, плотно застившую взор, окружающие объекты, с трудом повернула голову набок, в ту сторону, откуда доносился раздражающий звук.