Дочь опальной герцогини (СИ)

Подумайте, не спешите. А когда вернётесь в герцогство, попросите прощения у леди Одри. Она, заметьте, когда вы упали в беспамятстве, вызвала травницу, чтобы та вам помогла побыстрее выздороветь.

– Так, эта стервь Нита и травила меня! – злобно оскалился святоша.

– Ой ли? – многозначительно приподнял брови Ховард. – Прислушайтесь к себе. Как вы себя чувствуете?

Раббат невольно задумался. Действительно, впервые за очень долгое время у него ничего внутри не болело и не крутило, он не боялся оконфузиться в любую секунду, в животе всё было спокойно, никаких брожений.

– Леди Одри отправила меня в друидорскую Святость, – тем временем продолжал рыцарь, – я проверил ваши съестные запасы и нашёл несколько головок сыра. Они пахли очень плохо, – поморщился великан, вспомнив запах. – Как часто вы его ели?

– Каждый раз как десерт, – неохотно ответил Норадис.

– Даже когда вам стало худо?

– Ну а как же? Такая вкуснота! – и прикрыл веки, вспоминая терпкий вкус сыра. – Никак не удержаться, даже когда крутит все внутренности.

– Окажись я в такой же ситуации, что и вы, последнее, о чём бы я думал, так это о еде, – осуждающе покачал головой Ховард.

 – Итак, что вы выбрали? В одиночестве поедете назад? В этом случае я за вашу жизнь и медяшки не дам. Или останетесь с нами?

Норадис поджал губы, не спеша с ответом. Либо его и правда никто не пытался отравить и он своими громкими заявлениями чуть не угодил на плаху, оскорбив владетельницу земель, либо его весьма умело подставили, обыграв по всем направлениям.

– Я еду с вами в Ликонию. А по возвращении принесу извинения леди Йорк за опрометчивые слова, – с трудом принял решение раббат, великан молча кивнул и, понукнув коня, поскакал вперёд, во главу отряда.

На губах Ховарда заиграла довольная улыбка. Ох и умна его новая госпожа, не по годам рассудительна и дальновидна! Надежда, давным-давно погасшая, вдруг невольно затеплилась где-то в груди главного охотника, осталось только показать всему городу, как о них заботится новая герцогиня, и они будут защищать её до последнего вздоха.

***

Одри Йорк

Перехватив ручку масляной лампы левой рукой, правым плечом навалилась на толстенную дверь.

– Ну-у же-е! – прокряхтела я от натуги.

Створка не желала поддаваться. Но через несколько мгновений всё же едва-едва со скрипом, приоткрылась. Я тут же просунула носок сапога в образовавшуюся щель, отдышалась немного, ощущая неприятное давление на стопу, и толкнула с удвоенной силой.

У меня наконец-то всё получилось и вот я стою в небольшом помещении. За спиной тяжело хлопнула дверь, отрезая меня от длинного тоннеля. Я всё-таки пошла дальше по потайному лазу и очутилась тут.

В комнатке пахло прелыми листьями и сырой землёй.