Гранатовый дом

Многие пациенты в СПБ пребывали запертыми в палатах значительную часть дня без какой-либо деятельности (кроме приема пищи и прогулок во дворе). Обстановка этих палат почти не отличалась от обстановки тюремных камер. Стены были покрыты штукатуркой, окна маленькие, зарешеченные, нередко закрытые деревянными щитами-«намордниками». Спали заключенные на металлических нарах или кроватях. Ночью обычно горел свет (на лампочку часто была надета проволочная сетка или красный плафон), что затрудняло сон для многих заключенных. Зимой в камерах и на прогулках нередко бывало холодно, однако иметь свою одежду часто не разрешалось.

Трудотерапия в спецпсихбольницах иногда являлась обязательной, иногда — лишь поощрялась администрацией. Пациенты работали в картонажных, ткацких, переплетных, швейных и других мастерских, получая за это чрезвычайно малую заработную плату — от 2 до 10 рублей в месяц, перечислявшихся на личный денежный счет. Администрации СПБ этот труд был очень выгоден, поскольку цена сбыта изготовляемой продукции в десятки раз превышала стоимость оплаты труда. Отказ работать порой наказывался инъекциями психотропных препаратов и травлей, осуществляемой санитарами-уголовниками.

Охранную службу в спецпсихбольницах, как и в тюрьмах, несли офицеры и солдаты внутренних войск. Таким образом там было, по существу, два начальства: военное и медицинское, соответственно и два руководителя: начальник спецпсихбольницы и главный врач. При этом многие функции не были четко разграничены между военной и медицинской администрацией, и часто заведующие отделениями и лечащие врачи являлись офицерами; старшим сестрам и фельдшерам в ряде СПБ также были присвоены воинские звания.

Психиатрические больницы общего типа и самими узниками, и западными экспертами, посетившими советские ПБ, характеризовались как менее жесткие по условиям содержания в сравнении со специальными психиатрическими больницами. Пациенты там свободно ходили по коридорам и имели доступ к местам отдыха и развлечений. Им давали возможность писать и читать, разрешались свидания.

Для психбольниц была характерна грубая, однообразная, плохая пища. В советских пенитенциарных учреждениях скудный пищевой рацион традиционно являлся одним из наиболее эффективных методов воздействия на поведение узников, однако пациенты психиатрических тюрем, как правило, получали пищи даже меньше, нежели заключенные в тюрьмах и лагерях. Причина этого была в том, что часть содержимого общего пищевого «котла» съедали так называемые санитары, набранные для принудительной работы в специальных больницах из числа обычного тюремного контингента — людей, осужденных к лишению свободы за уголовные преступления.