Грехи матери

Но я не собираюсь расплачиваться за твое вступление в должность своим мужским достоинством, как ты выражаешься. Оно принадлежит мне, а не тебе.

– Тогда что ты предлагаешь? Отчислять часть денег Грейсонов на поддержку моей карьеры? Хотя бы так, раз уж ты не хочешь просить повышения.

– Я не знаю, сколько «денег Грейсонов» мог бы выделить. Такие решения принимают моя мать и совет директоров. Если они сочтут это нецелесообразным, я ничего не смогу изменить.

– Это я и имею в виду, Филипп. Ты не имеешь никакого влияния.

Было заметно, что слова мужа вызвали у Аманды лишь омерзение.

– Некоторое влияние я всё же имею, но я никогда и не говорил, что оно велико. В будущем, возможно, оно возрастет, но не теперь. Ты спешишь. Решения по-прежнему принимает моя мать.

Хотя он едва знал Тейлор, но не представлял, чтобы она спрашивала, какую часть семейных денег он может выделить. Он также не мог вообразить, чтобы Тейлор задавала подобные беспардонные вопросы даже по прошествии двадцати лет совместной жизни. Он был поражен наглостью Аманды.

– Думаю, нам придется вернуться к этому разговору, – сказала Аманда ледяным тоном.

– Можем и вернуться, но не жди хороших результатов.

Аманда не сказала больше ни слова. Она допила шампанское и пошла принять душ. Им предстоял ужин с одним из ее компаньонов. В ресторане Аманда делала всё, чтобы рядом с нею – звездой – Филипп чувствовал себя ничтожеством, несколько раз повторила, что тот «всего лишь финансовый директор». Она была довольна вечером, но Филипп по возвращении домой весь кипел.

– Теперь меня это ждет? Унижение, когда мы куда-нибудь пойдем? Приятного мало, а?

– Тогда попроси мать о повышении, – холодно сказала Аманда.

Это была война. Аманда выбрала в качестве врага свекровь и использовала мужа как излюбленное оружие. Он оказался в паршивой ситуации. Жена пыталась оказать на него давление, требуя, чтобы он занял должность генерального директора, и намеревалась унижать его до тех пор, пока он эту должность не займет. Филиппа такое положение дел не устраивало. Аманда, того не зная, своим поведением подписала себе приговор."

"В эту ночь, ложась спать, Филипп осознал, что в последний раз они занимались любовью еще на яхте. Поведение Аманды не располагало к сексу.

Он теперь всё анализировал и скрупулезно взвешивал: накануне вечером познакомился в кафе с прелестной девушкой, а Аманда, и без того долго проявлявшая к нему неуважение, теперь перешла все границы. Беспокойство, выраженное матерью в круизе, он теперь понимал. Она спросила, устраивает ли его жена. Теперь Филипп уже не был уверен. Он сам задавал себе этот вопрос и затруднялся с ответом.

В ту ночь они не сказали друг другу ни слова. Она не пыталась завлекать его, как и он ее.