Грешная и святая

Крессида пришла в театр с родителями и семьей Харбисонов на премьеру пьесы «Смелая леди». В зале зрители переговаривались шепотом, но вдруг голоса стали громче. Все взоры обратились к одной из лучших лож, где появилась блестящая дама, которую сопровождал красивый черноволосый джентльмен.

– Герцог Сент-Рейвен! – шепотом воскликнула леди Харбисон. – Наконец-то он здесь!

Родителям Крессиды ничего не говорило это имя, поэтому мать захотела узнать подробности о нем. Раз уж весь театр смотрел и перешептывался, это в самом деле должно было быть важно. Через пару минут они вкратце знали все. Год назад герцог унаследовал свой титул от дяди, а затем исчез. Теперь неожиданно появился и привлек внимание лондонцев – неженатый герцог, лев светского общества.

По словам леди Харбисон, его спутница разбила надежды многих мужчин. Леди Энн Пекуорт была дочерью герцога Аррана. Эти двое казались подходящей парой. Судя по всему, свадьба была предрешена.

Герцог поцеловал руку леди Энн, как будто подтверждая догадки окружающих, Крессида окунулась в свои мечты. Пусть не герцог Сент-Рейвен, но какой-нибудь достойный и знатный мужчина целует ей руку, смотрит в ее глаза, выдавая свои чувства. У нее уже были поклонники, ведь она была наследницей набоба, но никто еще не выказывал ей такого почтения.

Наверное, герцог целовал леди Энн так, как целовал ее прошлой ночью, и не только целовал. Счастливая…

– Теперь давайте займемся вашим платьем, мисс. Уверена, вы сразу почувствуете себя лучше.

Крессида вернулась к реальности. Если в ее голове и появились какие-то тайные мысли, если она и таяла в его объятиях, нужно помнить, что он способен соблазнить женщину, пусть даже до сих пор ухаживал за другой.

Девушка взглянула в зеркало. Ее волосы были аккуратно уложены. Она поблагодарила миссис Баркуэй и встала, чтобы привести в порядок платье.

Миссис Баркуэй умелой рукой затянула корсет так, что Крессида с трудом дышала, но в какой-то степени это успокаивало – она возвращалась к привычному порядку. Утром ее вечернее платье выглядело неуместным, однако добавляло ей респектабельности. Крессида взяла свое ожерелье с жемчугом и надела его, а затем сережки."

"– А где ваши туфли и чулки, мисс?

Крессида отвернулась от зеркала, чувствуя, что краснеет.

– Думаю, они потерялись во время моих приключений.

– Какая жалость! И мои вам не подойдут. Если не возражаете, мисс, я поищу что-нибудь для вас.

– Вовсе не возражаю. Вы очень добры! Спасибо!

– Не стоит. В подобной ситуации так поступил бы каждый. – Мисс Барнуэл вылила грязную воду в ведро, подняла его и вышла.

Глава 4

Крессида еще раз оглядела себя в зеркало. Ей сейчас так кстати были бы простое повседневное платье, чулки и крепкие башмаки.