Грешница

Кира кое-как вырывается из его сильной хватки, быстро отходит на несколько шагов назад, приглаживает волосы, сердце в груди бешено стучит по ребрам.

— Зачем ты пришел? Я не звала, не приглашала и не собиралась отвечать на твои сообщения и звонки. Мне совсем не интересно, что ты хочешь мне сказать или написать.

Ян не сразу отвечает, проходится по кабинету, рассматривая стены, висящие на ней в рамках сертификаты и дипломы, задерживает взгляд на букете цветов на столе. Для него Кира в данную минуту такая забавная, он прекрасно представляет, о чем она думает и как сейчас начнет давить на разницу в возрасте, отсутствие чего-то общего.

С одной стороны, интересно наблюдать за тем, как люди воспринимают его. Таким наглым и отвязным мажором на крутой тачке. А то, что он сам заработал на эту тачку, у них это не укладывается в голове. То, что у него есть свой бизнес, совершенно не связанный с отцом, что он сам, никого не прося о помощи, с восемнадцати лет живет самостоятельно, не берет у отца ни копейки. Фамилия Кельман говорит о многом, но только не о главном.

— Я хотел видеть тебя, вот и пришел.

Ян так отчетливо слышал, как тараканы в голове Киры сейчас устраивают бунт. Горят огни, они топают маленькими ножками и хором скандируют: «Уходи прочь».

— Больше ничего ты не хотел?

— Хотел, и сейчас хочу. Показать?

— Господи, Ян, прекрати, эти твои подростковые шуточки и пошлые приколы уже достали. Давай ты будешь шутить в кругу своих друзей, вчера была отличная компания.

— О чем ты вчера разговаривала с отцом? Зачем приезжала?

Ян пропустил ее укол мимо ушей, сел на стул, расставив ноги. Ему так нравилось смотреть на Киру, сейчас она была, словно взъерошенный воробушек, одернула пиджак, поправила волосы.

— А тебе папа не сказал?

— Нет, мы вообще говорим мало.

— Ян, послушай, давай будем взрослыми людьми.

— Ты сейчас начнешь говорить о том, что все было ошибкой и надо обо всем забыть? Можешь не начинать.

— Почему? — Кира так и замерла на месте с открытым ртом.

— Потому что это чушь. Я хочу быть с тобой, и я буду. И вот не начинай про возраст и всю эту поебень, бесит уже, реально.

А вот сейчас Кира начинала закипать. Какой-то пацан сидит сейчас перед ней и просто ставит перед фактом, мол, я хочу, значит, буду.

— Мальчик, ты, вообще, ничего не попутал? Я не одна из твоих подружек из Инстаграм. И не надо со мной вот так. Покувыркались, и хватит, было хорошо, но не более. Не надо так себя вести, это уже даже не смешно.

— Ты смотрела мой инстаграм? Радует. Понравилось? — Ян нагло улыбался, чуть склонив голову, так, что челка падала на глаза.

— Очень. Уходи, тетеньке в возрасте надо работать, у нее нет папы-олигарха, ей надо зарабатывать деньги.