Грязные новости

Работа предлагала медицинскую страховку и бесплатный тренажерный зал. Короче говоря: если бы могла жениться на этой работе, я бы позаботилась о том, чтобы она была счастлива, и каждый вечер делала бы ей массаж ног.

Я приехала на полчаса раньше, поэтому остановилась в кондитерской и купила сладкого на весь этаж. Секретарь, рыжеволосая девушка примерно моего возраста по имени Кайла, уже сидела за своим столом и что-то печатала, когда я вошла. Предложила ей пончик, и она какое-то время изучала меня робким взглядом, как будто я пыталась продать ей незарегистрированный пистолет.

— Они вкусные. Правда. Мы с мамой каждую субботу приезжали из Бруклина на Манхэттен, только чтобы полакомиться ими, — сказала я и улыбнулась.

— Люди здесь, в LBC, не очень общительные. — Она нервно постучала по столу.

— Ну, а я не такая. Поэтому… — Пожала плечами.

Кайла взяла пончик в шоколадной глазури и проводила меня в кабинет. Это был не настоящий кабинет, а кабинка в офисе с открытой планировкой: бежевая на белом фоне и клинически угнетающая своими однотипными пластиковыми перегородками и скрипучими офисными стульями. В каждой кабинке было по четыре стола. Я разделю свою с сотрудниками «Кутюр». Всего нас будет трое.

— Грей будет здесь с минуты на минуту, — сказала Кайла между стонами удовольствия.

Я бросила свой несочетающейся рюкзак под стул, стоявший перед одним из столов без фотографий и безделушек, и выглянула в окно. Отсюда открывался прекрасный вид на отель «Лоран Тауэрс», где я провела ночь с Селианом. Прошло три недели, а мне все еще казалось нереальным, что незнакомый мужчина был внутри меня несколько раз. Еще более странным был острый укол сожаления, который пронзал мою грудь каждый раз, когда я думала о деньгах, которые украла у него. Я поклялась никогда больше так не делать и попыталась убедить себя, что вся эта ночь была не в моем характере.

Грейсон прибыл через двадцать минут. Он выглядел как дитя любви Курта Хаммела из сериала «Хор» и горячего брата твоей лучшей подруги, и был одет как Вилли Вонка. Темно-бордовый бархатный блейзер, в котором он был сегодня, на любом другом смотрелся бы преступно. Войдя, театрально махнул рукой, его глаза все еще были прикрыты огромными очками от «Прада». Он потягивал свой кофе из «Старбакс» и провел мне экскурсию по этажу, который начинал заполняться персоналом. Бухгалтеры и секретари мрачно кивали мне, когда мы проходили мимо.

— Не стесняйся стереть из памяти каждое лицо, с которыми я тебя познакомил, и использовать это пространство, чтобы вспомнить ритуал красоты Дуа Липы, потому что никто из них не разговаривает с нами и не признает нашего существования.