Грязные новости

Он жил в другом пентхаусе, в другом небоскребе Нью-Йорка, и было удивительно, как в одном из самых великолепных архитектурных городов мира удалось разместить столько идентичных и безликих пентхаусов. Джеймс открыл дверь в халате (придурок) и сказал, что рад меня видеть. А когда заметил Джуд рядом со мной, то сделал такое лицо, будто я помочился в его стакан.

— Смирись с этим, — ответил я на его невербальное раздражение, входя в гостиную."

"Его «двенадцатилетняя» жена, на восемьдесят пять процентов состоящая из пластических операций, встала с дивана, и простучала каблуками по коридору, как я догадался, направляясь в их спальню. Джеймс пошел на кухню, чтобы принести нам выпить. Я никак не мог понять, почему его жена ходит дома на каблуках. Легонько толкнул локтем Джудит, когда мы сели на тот же диван, который секунду назад освободила грудастая ведущая утреннего шоу.

— Ты носишь обувь в помещении?

Взгляд Джуд метнулся ко мне, и она тут же нахмурилась.

— Дома я не ношу даже нижнее белье и лифчик. Папе повезет, если моя одежда прикрывает интимные места. Я свободна духом.

— Я чертовски люблю тебя, — выпалил я, и у меня перехватило дыхание.

Не то чтобы она уже не знала, но все же.

Джудит усмехнулась.

— Кажется, я начинаю тебе верить.

— И, чтобы ты знала, я решил уйти на другую работу только для того, чтобы ты могла сохранить свою в LBC, — сказал я ей, прежде чем мог себя остановить. — Быть вдали от тебя — все равно что жить без конечностей. А я очень люблю все свои конечности.

Выражение ее лица было бесценным. Похожие эмоции испытываешь через секунду после того, как развернул самый фантастический рождественский подарок. Я уже собирался наклониться и запечатлеть поцелуй на ее губах, когда Джеймс неторопливо вернулся с подносом и чем-то алкогольным на нем.

Ублюдок.

Я не мог притвориться, что не заметил его, поэтому выпрямился на диване и попытался думать о грустных вещах, таких как глобальное потепление и теория «большого взрыва», чтобы позаботиться о моем неуместно набухшем члене. Джеймс подтащил кресло и сел прямо передо мной, наклонившись вперед. Напитки на серебряном подносе стояли между нами на кофейном столике, но никто к ним не притрагивался.

— Уверен, что хочешь, чтобы Новобранец была здесь? То, что я собираюсь рассказать, очень личное.

— Перестань ее так называть, и да, я уверен, что она должна быть здесь. Моя жизнь — это ее жизнь.

Я не упустил, что они оба замерли на своих местах. У меня был рейс из аэропорта Кеннеди в Лос-Анджелес через пять часов, и я не собирался на нем лететь. И от этого чувствовал себя до жути спокойным и счастливым. Джудит была здесь, со мной. Значит все в порядке.

— Ну что ж… — Джеймс покачал головой и провел рукой по волосам.