Грязные новости

— Его голос был таким низким и угрожающим, что я почувствовала его всем нутром.

— Хм… — Я усмехнулась, проводя языком по нижней губе и глядя на него сквозь полуприкрытые веки. — По-моему, я только что разговаривала с настоящим Богом, и Иисус разозлился.

Про себя я слышала, как Иисус бормочет: «Ага. И она снова бросает меня под автобус».

Сделала себе мысленную пометку посетить в воскресенье местную церковь.

— Я не собираюсь повторяться, — буркнул Селиан, не обращая внимания на мой выпад, и если я что-то и знала о Селиане Лоране, так это то, что он никогда не упускал возможности обойти тебя, когда ему дерзят. — И я не хочу, чтобы ты была рядом с ним. Его намерения не чисты.

— А твои? — фыркнула я. — Послушай, я не могу и не буду игнорировать своего босса. Моего настоящего босса. Человека, который платит мне жалованье.

Он наклонился, чтобы прошептать мне на ухо:

— Я мужчина, который трахал тебя до потери сознания, и ты не можешь перестать думать об этом. Я тот мудак, на которого ты мастурбируешь, чтобы кончить. Я тот парень, который уничтожает конкурентов, особенно когда дело касается Матиаса Лорана. Так что сделай себе одолжение и держи свою киску — мою киску — как можно дальше от него. Compris?

Его тугая грудь и твердый пресс прижаты к моему мягкому телу. Его высокая, властная фигура нависает над моей маленькой. Он прикасался ко мне, на самом деле не прикасаясь, и я хотела, чтобы он поглотил меня целиком, как венерина мухоловка — зажал челюсть и поглотил каждый мой дюйм.

Прикоснись ко мне.

Наполни меня.

Утопи меня в своих ядовитых поцелуях.

Позволь мне умереть от твоего яда, погребенного под твоей грешной кожей.

— Ненавижу тебя.

— Хочешь проверить эту теорию? — Селиан усмехнулся, как всегда сдержанно, даже когда казалось, что между нами в темной комнате раздался раскат грома.

Я должна была сказать «нет», но из моего рта выскользнуло совсем другое.

— Ага. Ведь проверка фактов — твое ремесло, не так ли?

Не оглядываясь, он протянул руку за спину, запирая нас. Мое сердце колотилось в покорности, больше не одинокое и обиженное. Селиан схватил меня за подбородок и соединил наши губы в животном поцелуе, который каким-то образом начался с середины, с борьбы языков, расстегивания одежды, и блуждания рук, ищущих, сжимающих и скручивающих каждый дюйм плоти и ткани. Я задыхалась еще до того, как мое платье упало на пол, и потеряла рассудок в ту минуту, когда его член прижался к моему животу.

— У меня еще не было возможности прочитать инструкцию для сотрудников LBC. Это официальная часть наших встреч один на один? — я рассмеялась, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди и упасть к его ногам в итальянских туфлях.

— Я делаю что-то, чего ты не хочешь?

— Ты делаешь меньше, чем я хочу, — призналась я.