Грязные новости

Притворяясь, что не вижу ее, я толкнул дверь и направился к открытому лифту. Девушка была в нескольких футах позади меня, поэтому, когда я обернулся, наши взгляды встретились. Она поспешила к моему лифту — разумеется, я не нажал кнопку «стоп» — и проскользнула внутрь в последнюю секунду. Внутри было еще два человека. Два придурка, которые поднимались на второй этаж. В отдел кадров.

— Привет, — выдохнула она, поворачиваясь ко мне спиной и задницей.

Неплохой вид.

Я просто кивнул.

А затем тишина. Джужит не вела себя застенчиво или неловко. Что-то в этом утре подсказывало мне, что у нее есть более насущные проблемы, чем сосать член своего босса, и я решил, что мне нужно знать, что у нее на уме.

Естественно, о разговоре с ней не могло быть и речи. Она слишком много дерзила и всегда придиралась ко мне из-за моего поведения. Я быстро отправил сообщение одному из моих репортеров, Дэну, с ее именем и адресом, пока лифт поднимался на шестой этаж в рекордно короткое время.

Селиан: Джудит Хамфри. Ее досье находится в отделе кадров. Хочу знать о ней все, что только можно, от ее образования до любимого цвета. С кем она трахается, с кем живет, с кем разговаривает.

Я пощупал подбородок, смотря на свое сообщение, и тут же написал еще одно.

Селиан: и сколько у нее пар конверсов.

Строго говоря, это не мое дело. Но Джудит была похожа на крушение поезда — украла у своего босса и трахалась с ним, потом избегала его, затем отсасывала ему, а еще устраивала публичные разборки с людьми по телефону за пределами своего рабочего здания, — я хотел убедиться, что она в здравом уме.

Добравшись до своего этажа, мы вошли прямо в редакцию. Первая короткая встреча состоялась через десять минут. Она подошла к своему столу, прижимая к груди этот чертов блокнот.

— Хамфри, присоединяйся к нам в конференц-зале, — услышал я собственный голос.

Она оживилась, подавила улыбку, затем открыла блокнот и что-то нацарапала в нем. Быстро.

«Боже».

Она так чертовски жаждала этой работы. Я избавил Брианну от айпада и отпустил ее.

— Ты будешь делать заметки, Джудит, а не вносить предложения, — сказал я.

Старался обращаться с ней точно так же, как с любым другим репортером на ее месте. Я уже был невыносимым придурком, так что не был особенно ужасен с ней. Но также был честен, и через неделю она заслужила право сидеть, слушать и поглощать.

Джудит не отрывала взгляд от блокнота.

— Девушка может помечтать.

— Рад исполнить и другие твои фантазии.

Хорошо, что Брианна начала работать над кардио и уже была в другом конце зала. Мы были почти одни.

— Вообще-то у меня есть одна, с которым ты мог бы мне помочь.