Гром Раскатного. Том 5

— Это ни в коем случае не отражается на месте, из которого вы приехали, — вот ведь надменный столичный старик! — Просто грант крупный, и это будет не лишним. Мы обязаны проверить каждого участника на ряд вопросов.

— Ну, хорошо, — кивнул я. — Только со мной будет моя помощница.

— Как скажите! — вновь заулыбался он.

Меня проводили по коридору на второй этаж. Затем завели в хорошо освещенное помещение и попросили сесть в очень удобное кресло. Ну, а затем попросили раздеться по пояс.

Распутина, видя мой оголенный торс, как-то криво ухмыльнулась, а затем её щечки порозовели, и она увела взгляд. Только вот четверо присутствующих членов этой «экологии», или как там они назывались, прекрасно видели её реакцию.

— Невеста? — еле слышно спросил Штрихов. — Не совсем секретарь, да?

— Задавайте свои вопросы, — сухо ответил я.

Соглашаясь пройти полиграф, я понимал, что могу рискнуть сказать что-то ненужное. Однако кто такой я, и что мне этот полиграф? Захочу — повышу своё магнитное поле за счет игр с магическим током. Захочу — вообще его спалю, и буду палить и другие, до тех пор, пока меня не отпустят. Но что-то мне подсказывало, что эти ребята явно не простые.

Либо — силовики, либо кто-то из более серьезных структур, чем та же Имперская Служба Безопасности.

— Итак, вас зовут Георгий? — начал по шаблону Штрихов.

— Да.

Разумеется, экран монитора, к которому были подключены провода от моего тела с липучками на конце, загорелся зеленым. И в целом, он загорался так и раньше."

"Суть вопросов была следующей: меня подозревали в связи с иностранными агентами. Точного направления я сказать не мог, про какую страну они думали. Но, обобщая все то, о чем меня спрашивали, я был на все сто процентов уверен, что во мне подозревали шпиона.

Забавно-то как!

Допрос длился не больше двадцати минут. Я ни разу за всё время работы полиграфа не использовал своей силы. Отвечал честно. Да и не было таких вопросов с подковыркой, которые как-либо могли подпортить мою жизнь.

Со мной попрощались, а затем ещё и в гостиницу отвезли. Перед этим сказали, что полиграф также ждёт меня завтра, но уже другой модели. Зачем? Разумеется, никто мне не ответил. Но я не стал спорить.

Ещё мне не хватало, чтобы меня врагом народа признали.

Уже непосредственно находясь в своей комнате, разминая руки после лечения Распутиной, мне на телефон поступил звонок. Причем на тот номер, который я оставил в анкете конкурсанта.

— Георгий Раскатный? — в моей голове послышался неизвестный мне басистый голос. — Доброго времени суток.

— Кто это? — я вышел из комнаты и направился в ванную. — Откуда мой номер?

— Меня зовут Радимир Иосифович Паперский. Вы, наверное, слышали обо мне от моих коллег и людей, которые пытались выйти с вами на контакт.

— Знать вас не желаю.