Гром Раскатного. Том 5

Ведь, что такое смерть и кто такой доктор Зайцев, верно? И не таких спасал этот доблестный врачишка.

Лечение, которое я удалённо прописал в электронную карту Олега Олеговича, было похоже на лечение Слютникова, но чуть помягче. Всё же, воображение нужно было развивать.

Я перепроверил лечение Олега Олеговича, когда проводил взглядом машину Анубисов, ну и занялся другими делами. У меня ещё оставалось одно дело с антивирусником. А именно конкурс.

Статус моей заявки должен был обновиться после основательной работы Распутиной, и в целом она сделала то, о чём я её просил. Благодаря помощи прекрасной сударыни, моя программа попала в список программ для проверки. И теперь, для антивирусника будут создавать тестовую среду, подвергать его атакам с использованием различных вирусов.

Я и сам создал подобную среду, когда модернизировал антивирус и закидывал её «троянами» и прочей шелупонью. Но и в даркнете он себя показал только с лучшей стороны. Так что за первый этап конкурса я не беспокоился.

Нет, конечно, был велик шанс того, что мне заподлят Паперские, но что будет в этом случае — покажет лишь время. Я в любом случае не оставлю подлянки в мою сторону без ответа. Так что в их же интересах не портить мне мой продукт и его участие в конкурсе.

Да и субъективность жюри никто не отменял. Кто знает, кого туда посадили и чем всё это может закончиться.

* * *Гвардейцы Паперских активизировались ближе к обеду. Сканируя информацию из телефона Алексы, я понял, что они начали на нее давить в прямом смысле этого слова. Поставили ей ультиматум, который она не могла проигнорировать.

Условие было простым: доставить Распутину к Паперским. Правда, методы были более варварскими, чем раньше. Гвардия больше не ставила вопрос, чтобы Алекса попыталась внедриться ко мне и обработать Катю, нет. Они приказывали ей взять ее в плен и доставить на базу.

Если Алекса этого не сделает, все закончится печально для нее. Ее объявят террористкой, припишут то, что она и так делала, а также вынесут все ее дела в массы. Все эти действия будут равносильны ее скорому аресту, ну а дальше — смерти. Повесят, как пить дать.

И Алекса до последнего пыталась держаться, но по итогу…

— Сломается, — прокомментировал я ее ответы, сканируя ее телефон. — Сто процентов сломается."

"Алекса всячески пыталась послать нахрен Паперских, но увы, доводы с тюрьмой были слишком сильны. Я долго думал, как эту ситуацию перекрутить, но пока особых идей не было.

— Опять двадцать пять, — подвел я общий итог. — Снова хотят использовать Катю как заложницу. Сначала сраный Череп со своими загонами, земля ему пухом, теперь столичные дворяне. Когда же ее в покое-то оставят? А?

Мои размышления прервал грохот мотора.

«Тайга, — подумал я, услышав знакомые звуки.