Гром Раскатного. Том 5

— Условия? — Низкин сделал самое непринужденное лицо, а затем с ревом начал. — Ты совсем тупая, а, террористка? Где ты, мля, в моих словах услышала, что мне не нужна Катя, а? Мы о чем договаривались? Скажи мне, бестолковая ты баба! Что я тебе приказал?

— Тон смени, — оскалилась Алекса. — Или в Москве вы со всеми женщинами так разговариваете?

Этот выпад Низкин пропустил мимо ушей.

— Скажи мне, Алекса, — начал по новой Низкин. — Почему ты приехала без Кати? А?

— Потому что вы мне сами сказали, она больше не нужна, нужен ее телефон.

— А, ага, — протянул клерк с лицом, как будто только что увидел что-то нелицеприятное. — А телефон, я так понимаю, ты достала? Да? Телефон, не девушку?

— Да, — гвардеец, озираясь по сторонам, сделала несколько шагов вперед и протянула мою бомбочку Низкину. — Он выключен, его нужно подзарядить.

— Выключен, подзарядить, — повторил за Алексой Низкин с «намеком», что вот-вот и он сам взорвется матами.

Все же, «душа поэта» не выдержала.

— ИДИОТКА!

Больше он ничего не сказал. Красный от злобы москвич махнул рукой, но телефон Алексе не вернул. На прощание, перед тем как обезопасить себя, он сказал громко, но не оборачиваясь:

— Тупорылая террористка. Ничего сделать нормально не можешь, так что суши сухари.

Алексе, чтобы осознать то, что её кинули, понадобилось не больше пяти секунд. Этого времени хватило Низкину, чтобы уйти в безопасное место, задумчиво разглядывая телефон.

А когда гвардейцы Паперских начали наседать на девушку, у той уже не выдержала психика. Её загнали в угол, образно выражаясь, использовали для своих целей и тупо бросили. Поэтому она дала волю своим чувствам.

Алекса потеряла контроль над собой и просто начала убивать. Шестеро гвардейцев, которых оставил с ней Низкин, казались детьми по сравнению с ней. Она швыряла и рвала их как могла.

На её стороне было небольшое пространство, в котором гвардейцы старались не палить друг другу в спину, образно выражаясь. И именно этим она и воспользовалась.

Сократив дистанцию до противника, которого она повалила с полминуты назад, она просто перерезала ему глотку ножом, который вытащила из сапога. Сняла с пояса громобой и начала стрелять, прикрываясь телом погибшего.

За короткий промежуток времени она уравняла шансы и осталась против одного сильного мага, с которым бой был дольше, чем ей бы хотелось. И этого времени хватило, чтобы пришли другие.

Сам Низкин увидел то, что происходило в небольшом помещении, только лишь через минуту, когда включил телевизор. Со словами: «вот сука дикая» он тут же отправил подмогу."

"Гвардейцу из рода Распутиных ничего больше не оставалось, кроме как отступить. Гвардейцев оказалось слишком много. Расправившись с первой шестеркой, она начала отступать при виде ещё троих. А затем их стало больше.