Громкий развод

Он… Он все еще обладает надо мной властью. Надо мной, над моими чувствами, над моим телом и сердцем. Внутри меня — адский котел из эмоций, бешеное сердце рвёт клетку ребер, горячая кровь стучит в висках, по спине ползет холодок, а тонкие волоски на затылке становятся дыбом. Я слишком восприимчива к нему. Слишком…

И он слишком привлекательный. Даже сейчас, когда выглядит уставшим и рассерженным.

Заставляю себя собраться. Не думать. Не анализировать. Очень уж затянулась эта театральная пауза.

— Что ты здесь делаешь? — вся фраза на одном выдохе, оттого голос звучит сипло и низко.

— Это все еще наполовину моя квартира, — напоминает Богдан, насмешливо выгибая черную бровь. — А ты все еще моя жена.

Звучит остро, больно, как вызов. Словно он ждёт, чтобы я ему возразила. Словно он хочет, чтобы я сцепилась с ним.

— Ненадолго, — нахожу в себе силы ответить максимально спокойно и, переведя взгляд на Говорова, ободряюще ему улыбнуться.

Он очевидно чувствует себя не в своей тарелке. И гематома от прошлого столкновения с Богданом все еще на месте. Да и вообще… Это все некомфортно и странно. И надо ж было Богдану заявиться именно сегодня? Он нашу квартиру неделю стороной обходил. В последний раз заезжал за вещами, когда меня не было дома. И вообще, разве это нормально, что он приехал без предупреждения?

Пока я судорожно пытаюсь понять, что делать. Богдан подаёт руку Жене. Здоровается. Так странно. В прошлый раз в общественном месте ринулся в драку, а сейчас в квартире, где только нас трое, ведет себя почти цивилизованно.

— Не стану спрашивать, что ты тут делаешь. Видимо, отмечаете скорый развод, — язвительно говорит муж. — Дождался своего звездного часа.

В напряженной тишине Богдан снимает ботинки."

"— Надолго не задержу. Заберу вещи и оставлю вас наслаждаться обществом друг друга, — еще один холодный укол.

Богдан уходит в спальню. Я слышу звук открываемых ящиков в комоде. Там все еще очень много его вещей… Наверное, мне давно надо было все упаковать и отправить ему курьером. Тогда бы ничего этого не было.

— Пойдем, — я вздрагиваю, когда ладонь Жени касается моего плеча.

Инстинктивно отстраняюсь. Убеждаю себя, что это потому, что не хочу конфликтов. Но… Все это чувствуется неправильно. Весь этот вечер.

Мы вместе заходим в зал. Здесь тихо работает телевизор. Бутылка шампанского на столике выглядит максимально неуместно. Я ежусь — по плечам бегут мурашки, хотя дома совсем не холодно.

— Успокойся, Лин, — мягко говорит Женя, улавливая мою нервозность. — Все уже случилось.

— Да, все нормально, — отвечаю я с вымученной улыбкой.

Все не нормально. Моя жизнь и «нормально» — это две параллельные, которые перестали соприкасаться. Все похоже на жалкий фарс. Дешевое кино.