Гроза Островского

Первую сцену она закатила мне в офисе, застав дверь моего кабинете закрытой. Я был там с менеджером отдела. Женщиной почти моего возраста и вдвое большей комплекции. Мы обсуждали крайне важные и секретные моменты новой сделки. Но Эльза на такие детали не желала обращать внимания. Она рвала и метала, требовала, чтобы мы немедленно открыли и впустили ее, а потом даже вцепилась несчастной сотруднице в волосы…

Правда позже, успокоившись, была полна раскаяния и долго вымаливала прощение. Старательно, стоя на коленях. И я снова как дурак повелся, засунул проблему подальше и поверил, что это не повторится. Но хоть и редко, вспышки бывали. Я понял, что в такие моменты Эльза себя не контролирует."

"Вспоминать сцены ревности Барановой мне не нравилось. Поэтому перед Игорем предпочел нарисовать радужную картину — хоть в чем-то… Мне и так катаклизма с Грозой хватает. Не хотелось еще и про невесту, повернутую на ревности рассказывать. Ведь во всем остальном Эльза была действительно идеальна. Да и в постели если не кривить душой довольно умела… Просто не зажигала уже, приелась… как и многие другие до нее. А вот Гроза… Я пытался убедить себя в том, что все дело в обстоятельствах нашего знакомства. Будоражащих, интригующих. Но чувствовал, есть что-то еще, помимо адреналина. Когда смотрел на нее во мне рождалась нежность и желание защитить. Такого никогда и ни к кому не испытывал прежде. Она была невероятной во всем. И в сексе особенной. Такой отзывчивой малышки мне, наверное, никогда не попадалось… Гибкой… сладкой…

Когда увидел как пилоне кружится, сразу член напрягся. И ведь Эльза буквально за спиной была, если бы заметила мое возбуждение… Не знаю, чем бы все закончилось. Но в тот момент я забыл обо всем на свете. Я был на сцене, рядом с Грозой. Я был с ней в постели. Я умирал от желания дотронуться до нее. Войти в нее. И понимал, что вляпался в огромные проблемы.

Глава 10

На следующее утро я долго вглядывалась в свое отражение в зеркале ванной, кривила рожи, потом наложила довольно яркий макияж, потом смыла все нафиг и снова наложила, но едва заметный — немного пудры, румян и туши для ресниц. Сама себе была противна, к чему вообще подобные старания и нервозность? Дура ты, Гроза. Для кого тут пыжишься? Для мужика, который однажды ночью затащил тебя в свою постель, потому что ему было скучно? У которого есть невеста?

Если бы не было так больно, я бы посмеялась над собой. Понимала, что начинаю зацикливаться. Все мои мысли крутились вокруг истории с Островским, я проигрывала в голове множество сценариев. А если бы сразу убежала от него? Отказалась сотрудничать в обмане Эльзы? Если бы отказала ему ночью, оттолкнула, ударила? Анализировала, думала, оценивала.