Единственные

Ну что, дорогая, кажется, ещё несколько дней назад ты хотела, чтобы Волгарский, наконец, усмирил свой аппетит и не претендовал на тебя? Чтобы видел в тебе только маму детей? Тогда что же тебя сейчас не устраивает, милая? Отчего свербит внутри и гложет? Почему слезы того и гляди подступят к глазам и предательски покатятся по щекам?

Неужели так быстро Захар приручил её к себе? Или…Тут нечто другое? Более глубокое и сильное?

Чуть позже Лана застала Захара у себя в комнате. Она уже уложила Богданчика и собиралась идти к Леше.

- Я на минутку, - улыбнулся Захар, подходя к кроватке. Он перегнулся через перила, поцеловал малыша в лобик и поправил одеяло. – Ты к Леше?

- Да.

- Я был у него. Кажется, наш парнишка тебя ждет.

- Я очень надеюсь, что он привык ко мне.

- Он не просто привык, он принял тебя. Так что – всё хорошо.

Подмигнув, Захар вышел, оставив Лану стоять посреди комнаты.

Леша долго вертелся, никак не желая засыпать. Лана и песенку ему спела, и на руках покачала. Ни в какую. Девушка положила мальчика на большую кровать и легла рядом. Леша сразу же устроился под бок и засопел, прикрыв глазки, вцепившись пальчиками в край майки.

- Мой хороший…

- Ма-ма…

Его пухлые губы растянулись в спящую улыбку, а у Ланы перевернулся мир. Даже когда Богданчик назвал её мамой, её не окатывала такая дикая волна радости. В случае с Богданчиком всё было естественно, ожидаемо, а с Лешей, наоборот, очень непредсказуемо.

Дождалась…

Господи, она дождалась…

Слеза выкатилась из одного глаза, и Лана поспешно размазала её по щеке, до конца ещё не веря в происходящее. Осторожно поднявшись с кровати, она подхватила мальчика на руки и переложила его в кроватку. Она помнила, что Захар периодически ночевал с ним в одной комнате.

Захар.

Душа рвалась к нему.

Ей необходимо его увидеть! Необходимо рассказать, что Леша назвал её мамой!

Лана, удостоверившись, что электронная няня включена, поспешно вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь, и едва ли не бегом направилась к себе. Дом спал. Не слышно ни разговоров, ни работающей техники. Зайдя к себе, Лана сразу же подошла к бельевому шкафу. Так, где у неё-то белое боди?

Переодевалась она тоже в спешке. Причесалась, распустив волосы по плечам. Нанесла на кожу духи. Поверх белого боди, которое идеально фиксировало грудь, приподнимая и делая её чрезвычайно сексуальной, накинула шелковый халат, край которого доходил чуть ниже колен.

Даже если её кто и встретит в коридоре, выглядела она относительно прилично.

Сердце готово было выскочить из груди, пока Лана шла к спальне Захара.

Она четко отдавала себе отчет в своих действиях. И их последствиях. А так же помнила слова Захара.

Вот она и идет к нему сама.