Единственные

Захар кивнул и прошёл в комнату, где сразу же направился к кроватке. Лешик сладко посапывал, раскинув ручки. Мужчина мысленно улыбнулся и поправил тонкое одеяло.

- Если ночью проснется, принесите ко мне, Вера Анатольевна.

- Я вас поняла.

За что он ценил эту женщину – она не задавала лишних вопросов и практически никогда с ним не спорила, не навязывала своих жизненных убеждений. Она четко понимала, что в его семье только няня и не претендовала ни на что большее. Будь иначе – они распрощались бы.

Захар подбирал людей, четко осознающих грань должностных обязательств. Если кто-то переходил черту, тот больше не работал у Волгарского.

Особый контроль проходили те, кого Захар допускал в дом. Пока Вера Анатольевна его не разочаровала.

Он прикрыл за собой дверь и, проходя по коридору, невольно задержался у другой комнаты.

Где поселились Лана и Богдан.

Спят?

Прислушался.

Тихо.

Как же захотелось зайти и поцеловать перед сном и Богдана.

Захар, сжав губы, прошёл к себе. Холодный душ ему не помешает.

Он думал, что вырубится сразу же, как только голова коснется подушки. Ни хрена. Сна не было ни в одном глазу. Захар, выругавшись, поднялся и начал отжиматься и качать пресс. До изнеможения, пока пот снова не проступил на теле.

Потом ещё раз в душ, на этот раз уже не холодной.

Он успел раздеться и задремать, когда в полусонном состоянии ему послышался приглушенный плач ребенка. Захар, привыкший спать в одной комнате с Лешей, заставил себя проснуться.

Надо встать.

Встал и нахмурился. Он в шале, Лешик у Веры Анатольевны.

Оставался Богдан, который спал в соседней комнате.

С Ланой.

Больше по инерции, чем осознанно, Захар встал, натянул на себя майку, домашние штаны и направился к ним. Постучал.

Пока стоял у двери, не думал ни о чем. Просто знал, что за дверью хнычет его сын, и он должен быть с ним.

Рядом.

Это не обсуждалось."

"Но стоило увидеть уставшую и едва стоящую на ногах Руслану, да ещё в ночной пижаме, состоящей из просвечивающей майки, не хрена не скрывающей торчащих сосков, и коротких шорт, подчеркивающих её идеально стройные ноги с округлыми женственными бедрами, как его изрядно переклинило.

Он сам не помнил, как оказался внутри комнаты, как взял сына на руки.

И её… отправил спать от греха подальше.

Потому что непонятно, чем его визит закончился бы, если бы не Богдан.

Хотя нет… Почему непонятно? С его стороны снова было бы посягательство на её тело, очередная попытка соблазнить.

Она, скрывая усталость во взгляде и в жестах, неловко отправилась спать. А Захар, глядя, как она укладывается, сдерживал желание подойти и поправить одеяло.