Гвендолин (СИ)

– А теперь слушай.

Мысли начинает обволакивать туман, перед глазами все двоится, только образ старухи остается четким и незыблемым. А ее голос звучит, словно, внутри моей головы.

– Сегодня в полночь проведем обряд, – шепчет Йорун. – Это должна сделать ты и только ты!

– Но Ингвар запретил! Сказал, что нашел другой выход, – мотаю головой, разгоняя марево, охватившее сознание. – Я просто беспокоюсь о нем… Лива…

Йорун громко фыркнув, машет на меня руками.

– Не о том думаешь, глупая девчонка! О доме своем думай! Спасешь нас – спасешь и Кинлох.

– Кинлох? – как завороженная повторяю я. Меня кидает будто в жар и холод одновременно. – Откуда ты знаешь о нем?

– Глупая-глупая Гвен, – качает ведьма головой. – Не забудь, ты должна быть в полночь тут.

– Я...я не смогу, – во рту пересыхает от страха. Как я сумею ускользнуть? Как вырвусь из-под опеки своего варвара? Но я должна что-то придумать, должна! Моя семья, мои люди нуждаются во мне.

“Спасешь нас – спасешь Кинлох!” звучат в голове слова Йорун.

– Сумеешь, – хитро улыбается ведьма, искоса взглянув на казан со своим жутким варевом. И мне отчего-то совсем не нравится эта улыбка.

Глава 43

Жар, невыносимый, обжигающий, мучительный. С каждым мгновением он нарастает все больше и больше, заставляет хотеть неведомо чего, страдать от желания и необъяснимой тоски.

Мой взгляд то и дело останавливается на Ингаваре, его я постоянно ищу глазами в полутемном помещении общего зала. А как только наши глаза встречаются, я, словно падаю в казан с кипящим сиропом, тягучим и сладким, как патока, как расплавленные мед.

Моя кожа пылает огнем, каждое дуновение ветерка, каждое прикосновение приносит невозможное болезненное томление. Дыхание из груди вырывается рваными судорожными толчками, и даже это движение посылает толпы мурашек бежать по моей коже, по позвоночнику, от затылка и до поясницы.

Опускаю глаза и забиваюсь в уголок, стараясь казаться меньше и незаметнее. Не понимаю, что со мной происходит. Мне и плохо, и хорошо одновременно. Может, я заболела, и у меня лихорадка?

Его я чувствую мгновенно. Мне даже не нужно поднимать голову, чтобы взглянуть на того, чья тень падает на меня.

– Идем со мной, Гвен, – его непривычно хриплый голос заставляет мое тело дрожать в предвкушении. В животе просыпается доселе неизвестное мне томление и трепет. Я словно завороженная вкладываю свои дрожащие пальцы в его обжигающе горячую ладонь, чувствуя, как она тут же смыкается на моей руке, словно обещая никуда не отпускать. Только сейчас это во мне не вызывает и капли возмущения, лишь тихое удовольствие и покой.

Как мы добираемся до комнаты, я помню с трудом.