И буду век ему верна?

В доме стояла гулкая тишина, собственные шаги меня пугали. Входная дверь не заперта. Кутаясь в шаль, я вышла из дома, свернула за угол. Дверь в подвал открыта. Что мог делать Стас в подвале в пять часов утра?

Я спускаюсь по ступенькам и вижу Стаса. Он стоит возле стены, странно, по-звериному держа голову, точно принюхиваясь. Возле ног фонарь, инструменты и битые кирпичи. Он разглядывает что-то у своих ног и меня не видит.

– Стас, – зову я. Он оборачивается, идет ко мне.

– Ты чего не спишь? Бродишь раздетая. Хочешь простудиться?

– Что ты здесь делал?

– Так. Кое-что хотел выяснить.

Мы возвращаемся в дом.

– Чаю выпьешь? – спрашивает он.

– Что ты хотел выяснить?

– Ерунда. Не забивай голову.

– Стас, пожалуйста, скажи мне, что ты делал в подвале? Мы для этого сюда приехали?

– Ладно. Я кое-что искал.

– Что?

– Одну вещь, которая мне нужна. Я ее не нашел. Теперь все?

– Давно ты ищешь эту вещь?

– Кончай болтать, лучше обними меня. Губы у тебя холодные, но очень сладкие.

Через два дня мы вновь едем на дачу. Думаю, с того момента, как погиб Вадим, Стас не раз там бывал. Я гоню эту мысль прочь, улыбаюсь, но все-таки спрашиваю:

– Опять будешь свою таинственную вещь искать?

Он смотрит на меня, долго смотрит. Взгляд тяжелый.

– Возможно. И что?

– Может быть, ты скажешь, что ищешь, вдруг я тебе помогу?

– А ты не догадываешься? Я ведь тебе говорил, у Вадима на меня кое-что было…

– Я все сожгла, – произношу я медленно, отводя взгляд.

– Сожгла?

– Пакет был в банковской ячейке, на мое имя.

– Интересно. Ну и что было в пакете?

– Бумаги. По крайней мере, горели они хорошо.

– И ты в них не заглянула?

– Нет.

– Я должен в это поверить? – Я молчу. – Женщины на редкость любопытны, разве нет? – говорит он.

– Я знаю о тебе все, что хочу знать. Главное, ты меня любишь, а я люблю тебя.

– Отлично. Тогда с чего ты взяла, что бумаги те самые?

– Что еще там могло быть?

– Не хитри со мной, Принцеска.

– Тебе не о чем беспокоиться. Я все сожгла.

– Как думаешь, почему он оставил пакет тебе? – помедлив, спросил Стас.

– Не знаю.

– Ладно. Забудем об этом."

"Но он не забыл. Он все чаще задумывается, глядя как будто внутрь себя. Я беру его за руку, словно стараясь удержать. Я еще надеюсь. Надеюсь, что он мне скажет. Я не выдерживаю первой. Мы смотрим телевизор, я наблюдаю за бессмысленным для меня движением на экране и вдруг произношу:

– Вадим зачем-то купил дом в деревне и оставил его мне. Адвокат сказал.

– Зачем Вадиму дом в деревне? – хмурится Стас.

Я смотрю в его глаза и мысленно повторяю: «Скажи мне, скажи…»

– Ты меня любишь? – спрашиваю я.

– Конечно.

Он обнимает меня, прижимает к себе. На следующий день, ближе к вечеру, он говорит:

– Нашел я эту деревню на карте. Час езды отсюда. Посмотрим наследство?

Я киваю.