Я беременна, бывший!

У меня же от собственных слов такие мысли, что м-м-м… но конечно же шлепать не во время Настиной беременности! А вот после… с условием что она тоже не против… так, стоп! Почему любые помыслы о Лихвинцевой заканчиваются сальными мыслишками в горизонтальных плоскостях?! Чертов я извращенец!

– Ни каких штрафов, санкций, занесений в личное дело? Ничего? – продолжает гнуть свою линию Игорь. – Значит у нас можно спать на рабочем месте? Так я сейчас пойду, прилягу…

– Не зарывайся! – рычу я на распоясавшегося Игорька. – Не то санкции я применю к тебе!

– Нет, ну а что? Одним можно все, а другим ничего?!

– Слушай! – устало произношу я. – Лихвинцева – хрупкая молодая девчонка на хрен знает каком позднем сроке беременности. А ты – здоровый бугай! Мужик ты в конце концов, или кто? Чего ты к девочке прицепился?

– Да, я – мужчина, но работники в вашем офисе – существа бесполые, не так ли? – нудит Игорь, как комар в три часа утра: когда и спать невозможно, потому что жужжит под ухом, и вставать, чтобы зажечь свет для поимки кровососа неохота! – У нас двойные стандарты? С каких пор?

– А с чего ты взял, что я Лихвинцеву не накажу? – сверлю я Игорька тяжёлым взглядом. – Иди работай и следи за собой лучше! Кстати, не забывай народную мудрость: стукачей не любит ни коллектив, ни начальство!

– Вы меня в стукачестве…

– Свободен! – обрываю я надоевшего мне снабженца. – Лоя!!! Лихвинцеву мне сюда позови!

Глава 30

– Вот ты где шатаешься! – презрительно фырчит Лоя, выглянув из кабинета.

Ну вот, хотела спокойно вернуться на свой этаж к Игорю Михайловичу, но секретарша Быстрицкого выловила меня в коридоре.

– Чего тебе? – тоже перестаю любезничать с Лоей.

Нечего тут метать бисер перед свиньями.

– К Быстрицкому на ковер! – усмехается сушенная вобла номер два, – Вазелин приготовила с собой?

– М-м-м… – не очень соображаю я, причем тут вазелин и как он связан с Быстрицким, но потом, когда до меня доходит, я покрываюсь румянцем. – Нет, свой не одолжишь? – быстро возвращаю ей шпильку, и стучу в кабинет шефа.

– Войдите. – слышится голос Руслана.

Вхожу. Плотно прикрываю за собой дверь. Но этого Руслану явно недостаточно. Он встает во весь свой двухметровый рост, и проходит в опасной близости от меня, обдавая нотками древесного парфюма. Закрывает нас на замок, проворачивая ключом внутри скважины.

Оборачивается ко мне. Стоит, облокотившись на дверь, в неофициальной позе. Руки заложены в карманы брюк. Смотрит на меня, не мигая.

– Что? – чувствую себя неуютно под его тяжелым взглядом.

– Вот думаю, Анастасия Павловна, что мне с вами теперь делать.

– Уже доложили? – Постепенно до меня доходит что к чему."

"Продолжаю мять заявление в вспотевших руках.