Я еще царь. Книга XXX

— Надеюсь, вы ноги моете, товарищи солдаты? Нечего мне тут грибок разводить! — говорил Андреев, пока солдаты в одних носках ходили и заглядывали в каждый угол. — Эй ты, майор! А ну-ка разувайся! Ты в доме самого графа Бердышева! Я не потерплю здесь хождения в грязной обуви!

Что-то забурчав, толстый офицер принялся разуваться. Его товарищ в это время пытался найти что-то в цветочном горшке. Там стоял чей-то давно забытый коньяк.

— Интересно… — проговорила Лора. — Это такой умный? Трофим или Маруся?

— А может, Надя?..

За воротами поместья Пушкина тоже стояли грозные солдаты. Судя по докладу Лоры, среди них было немало сильных магов.

— Так… — сказал я, посмотрев на женщин. — Нужно что-то придумать.

— Всем сидеть! — рявкнул Пушкин, спускаясь с лестницы. — Вы мои гости. Сидите и пейте чай.

— А как же солдаты? — спросила Виолетта.

— Какие⁈ Вон те хлюпики? — и этот гигант расхохотался. — Сейчас пойдут копать котлован, товарищи солдаты. Отсюда и до Кремля! Еще и клумбы помнут! Я только накрыл их от снега!

Выбежав из поместья, этот великий поэт тут же направился к воротам. Я отправил за ним детальку, и заодно одним глазком подглядел, как там дела у Бердышева.

Солдаты уже намылились в мой скромный подвальчик. Андреев не отступал от них ни на шаг. Открыв дверь в подвал, он проговорил:

— Там темно, так что смотрите, куда ступаете.

— Включите свет! — сказал один из солдат.

Андреев пожал плечами и щелкнул выключателем. Свет отчего-то не зажегся.

— Проводка ни к черту, — сказал он. — Если хотите туда спуститься, то смотрите под ноги. Лестница давно истлела.

Солдаты с сомнением поглядяли вниз — в эту непроницаемую тьму подавала, которая, казалось, смотрит тебе прямо в душу. Затем сглотнув, самый смелый направился вниз, освещая себе путь зажигалкой. Остальные, толкаясь направились следом.

— И вернулся среди них только один, — зловещим голосом проговорила Лора. — Седой как лунь!

В это же время у ворот пушкинских угодьев творилась своя история.

— У нас приказ царя! Осмотреть ваше поместье сверху до низу! Нам нужен Кузнецов! — втолковывал Пушкину усатый командир, тряся у него перед лицом какой-то бумажкой с печатью.

Пушкин же выхватил бумагу у него из рук и, не торопясь, пробежался по тексту глазами. Затем, взяв ее двумя руками, порвал на мелкие клочки и швырнул прямо в лицо командиру.

— Как вы смеете⁈ Это приказ самого царя!

Пушкин хохотнул.

— Да пусть хоть самого папы Римского. Если Петр хочет покопаться в моем грязном белье, пусть приезжает лично. У меня как раз завалялась корзина с особым ароматом!

И широко улыбаясь, Пушкин направился восвояси. Уже на крыльце он кивнул своему слуге.

— Пустить ток.

Тот мигом куда-то убежал, а затем с забора посыпались искры. Солдаты едва успели отскочить.