Соль этого лета

Какая там палата? Одиннадцатая? А я лежала в седьмой. Заглядываю.

Рустам с загипсованным плечом. Это перелом ключицы и ребра. Вроде — мелочь, но вещь мучительная. А вот на лице травмы посерьёзнее. Челюсть зафиксирована. Говорить и есть не сможет ещё очень долго!

Я не злорадствую, нет. У меня всё сжимается от воспоминания — каково это. Пальцы начинают дрожать.

В палате ещё трое мужчин. Нервно здороваюсь, ловя взглядом глаза Бессо."

"— Алёна Максимовна, — представляет меня он. — А это Сергей Иванович, адвокат Рустама. И Лев Русланович… Тарханов.

Оу… Шевелю губами, не зная куда деть глаза.

Как неожиданно!

— Здравствуйте, — заикаюсь я, поправляя волосы.

Чувствую, как меня зондируют взгляды мужчин.

— Собственно, — продолжает Бессо, — будет иск от вас, будут два встречных от нас. Один от Алёны за события прошлого года.

Я поспешно киваю, подтверждая, глядя в глаза Рустаму.

— Второй — от Тархановых. Я, как представитель школы, в обоих буду выступать на стороне истцов.

— Вы заинтересованное лицо, Бессарион Давидович. Вы делите с братом наследство.

— Может быть! Но есть свидетели и помимо меня.

Рискнете раздуть скандал?

— Он и вам, Бессарион Давидович, не на руку. Пострадает репутация школы.

— Не на руку, да. Поэтому наши иски до сих пор не в суде. Но будут там, если…

— Я думаю, нам эту ситуацию надо решить полюбовно, — недовольно улыбается адвокат. — Компенсацией на лечение. И моральный ущерб.

— Лечение покроет страховка, если мы обозначим травмы, как результат спортивного спарринга, — давяще вклинивается Лев Русланович. — С нашей стороны — тоже. Про моральный ущерб рекомендую тему закрыть, — бросает на меня хмурый взгляд.

 — За моральный ущерб тут только девушка предъявить может. Вы оплатили его ей, надеюсь?

— Естественно!

Мужчины обсуждают детали. Я кошусь на отца Марата. Копия… Только лет на двадцать старше. И в голосе столько знакомых нот! Только интонации прохладнее, спокойнее. Таким будет мой лев?

Бессо выводит меня за дверь.

— Ну что ты так нервничаешь?

Обмахиваю лицо пальцами.

— Душно там.

— Всë, поезжай домой.

— Бессо… — кусаю губы. — Дай мне адрес Марата, пожалуйста.

— Не могу.

— Бессо! — распахиваю глаза.

— Он мне такого разрешения не давал.

Решай проблему без адреса.

Растерянно хлопаю ресницами. Первый раз в жизни хочется треснуть Бесу!

— Бессо, зайди, — приглашает его обратно Лев Русланович.

Ну и что делать? Спускаюсь на крыльцо больницы.

Можно, конечно, вернуться на базу. Бесята быстро мне сдадут все явки и пароли про Марата. Но это долго. А у меня торт, крем на такой жаре потечёт. Из дверей выходит отец Марата. И набрав побольше воздуха, я решаюсь!

— Лев Русланович… — догоняю его возле машины.

Останавливается.