Я и беременный босс

Не входить!..

Да и не больно хочется большинству лезть на чужую беременную женщину. За редким исключением, вроде…

=8. Филипп

— Выходите!.. — прервал мои размышления решительный мужской голос."

"Чёрт, придётся привыкать, что это говорю не я. Стоп, Фил, какого хрена?.. Привыкать? Нет, конечно!.. Всё образуется.

— Выходите. Мне нужно в туалет!..

Пришлось выйти. Я ж мужчина, в конце концов. Пусть и временно помещённый в ловушку женского тела. Я ходил по номеру, нарезая круги, отмечая, как по-иному приходится управлять своим телом. Особенно забавляет живот: он вроде и мой, и в то же время как будто часть чего-то другого.

Но куда ни повернись, впереди тебя вышагивает оно… Пузо!..

Не успел я сыронизировать, как почувствовал резкое желание облегчиться. А секретарша всё ещё была в туалете. Я подошёл и нетерпеливо постучал по двери.

— Анель. Выходи немедленно.

— Не могу. Я ещё не всё, — отозвалась она.

Вроде бы стесняясь, но мужской стесняющийся баритон звучал забавно.

Он бы звучал забавно, если бы мне не приспичило. Да так сильно, как никогда раньше!

— Анель, быстрее!..

— Отстаньте!.. Я не могу так… Мне непривычно. И не стойте над душой.

Я взвыл.

— Секунда промедления и тут будет лужа!.. И я не буду её вытирать.

— Потерпи! — огрызнулась секратарша, вслед за мной перейдя на «ты». — Ты же говорил мне «потерпи», вот и почувствуй на себе, каково это!..

— Я не стану терпеть, открывай немедленно!..

Я чувствовал себя истеричкой, дёргая дверную ручку ванной. Но желание опорожнить мочевой пузырь было гораздо сильнее меня.

— Я не могу открыть. Я хочу пописать, а ты мне мешаешь!..

— Открывай немедленно! — повторил я, громыхнув кулаком по двери. — Тебе нечего от меня скрывать. Сегодня первый день за тридцать три года, когда мой член существует отдельно от меня. И поверь, я прекрасно знаю, как он выглядит. Открывай!..

Секретарша выругалась тихонечко, но щёлкнула поворотной щеколдой. Ванная была маленькая. До двери можно было легко дотянуться, стоя около унитаза.

Секретарша открыла дверь и тут же испуганно отпрянула, усевшись обратно на унитаз. Она пыталась натянуть боксеры и пижамные штаны, чертыхаясь себе под нос. Я плюнул на правила приличия и присел на бортик ванной, облегчаясь.

— О-о-о-о-о… — простонал я, блаженно прикрыв глаза.

— Бессовестный! — фыркнула секретарша.

— Пусть лучше лопнет моя совесть, чем мой мочевой пузырь, — ответил я, чувствуя себя значительно лучше.

Я встал, натягивая шорты с бельём. Мне мешало пузо. Я не привык растягивать бельё и чего-то там поправлять. Натянул и готово. Но сейчас я дёрнул трусы наверх, а надо было ещё и расправлять высокий верх. Не жизнь, а сплошные мучения.